Седьмая жертва

То ли потому, что считает себя достаточно грамотным, то ли потому, что вообще не намеревается в этом кабинете надолго засиживаться.

Да, Пашутин наверняка разделит соображения Селуянова. Кто сказал, что если человек совершает одну серию преступлений, то он не может совершить другую? Почему они с самого начала уперлись в то, что преступник, убивающий бомжей и получивший прозвище Шутник, и преступник, отстреливающий наркоманов, – это два разных человека? С оружием прокололись? Так у него было два пистолета, из одного он наркоманов стрелял, из другого – бомжей."

"Один пистолет успел спрятать, а со вторым его взяли. Почему не может так быть? Может.

И с мотивом все логично выходит, хотя и сложно, но ведь Виктор Петрович Шувалов человек непростой. Наркоманов он убивает потому, что из-за наркотиков потерял всю семью. Ученый из университета не имеет подходов к наркодельцам, он не знает, как на них выходить и где искать, кроме того, наркодельцы очень похожи на всех крупных бизнесменов, то есть имеют свою охрану и систему безопасности, их убить не так-то просто даже профессиональному киллеру, а уж тихому интеллигенту и подавно. А вот растративших остатки интеллекта одиночных наркоманов убить куда легче. И Шувалов пошел именно этим путем, чтобы дать выход своей ненависти к зелью и ко всем тем, кто имеет с ним дело.

А бомжей Виктор Петрович убивает исключительно для того, чтобы отомстить следователю Образцовой, по вине которой, как он считает, погиб его шестнадцатилетний сын. Он умышленно держит ее в страхе, оставляя записки и давая понять, что помнит о Татьяне и с каждым новым преступлением приближается к ней. Последняя записка, оставленная возле тела Валентина Казаряна, была весьма красноречива. Бомжи – это изощренная месть, продуманная и жестокая, медленная и мучительная. Поэтому и оружие для этих убийств выбрано другое, и сам стиль совершения преступлений принципиально иной. Отсюда и чужие отпечатки, и чужой почерк. Шувалов понимает, что в преступлениях, направленных против следователя Образцовой, заподозрят именно его если не в первую, то уж во вторую очередь обязательно, поэтому принимает меры безопасности. И оружие держит подальше от себя. А в убийствах наркоманов никто никогда его не заподозрит, поэтому здесь можно особо не стесняться и пистолет хранить у себя дома. И уж тем более никто никогда не свяжет две такие разные, такие непохожие друг на друга серии убийств.

Рассчитано грамотно, ничего не скажешь.

Пашутину идеи Селуянова понравились. Он удовлетворенно потирал сухонькие ладошки и одобрительно кивал.

– Договорились, – подытожил следователь, – я возьмусь за окружение Шувалова, особенно за его бабу, наверняка она сообщница или на худой конец в курсе дела.