Жеребец

Уже через минуту обнаружил себя в лабиринте комнат, бесконечно кивая друзьям и знакомым, которых то и дело встречал на своем пути, продвигаясь по затемненному помещению.

Странно, но в душе творилось нечто схожее с сюжетами фильмов самого Линча. Эмоции от нашей «прогулки» до сих пор не утихали, не давая мне нормально дышать. Интригующие, завораживающие, наполненные какими-то мистическими смыслами они буквально разрывали душу в клочья.

Наконец, добравшись до нужно стола, я без стеснения занял свободное место, и, воспользовавшись отсутствием друзей, пригубил открытую бутылку виски прямо из горла, после чего откинулся на спинку кожаного дивана и зажмурился.

Хладнокровная, с глазами ребёнка. А ведь мы могли прямо сейчас, в эту гребанную секунду времени, заниматься любовью, отчаянно переплетая наши тела и души. Черт.

«Заниматься любовью». Какая прелесть… Обычно я употреблял другое слово, характеризующее процесс соития мужского и женского начала. Но только не применительно к Селесте Лакруа. Я мечтал о том, чтобы любить её тело ночь напролет, заставляя сладко кончать, сжимая в кулаках измятые простыни…

– Какие люди! Мать моя, женщина… Вильям, ты посмотри! Мои глаза сейчас ослепнут от этого великолепного чистокровного скакуна! Сам Эрик Уильямс посетил нашу скромную вечеринку! – Демиан деланно захлопал в ладоши, прожигая меня лукавым взглядом своих оливковых глаз.

Выглядел друг сегодня как прирожденный победитель. В кристально белой рубашке, расстегнутой на одну пуговицу, и обтягивающих черных брюках. Эти стильные тряпки подчеркивали его мощную спортивную фигуру, оттеняя цвет глаз. Вот только чуть ниже губы зияла свежая ссадина. Перехватив мой взгляд, Дем равнодушно бросил.

– Спаринг-партнер сегодня не рассчитал… За это и улетел в нокаут! – темноволосый боксер плеснул себе виски, и также как и я, залпом осушил стакан.

Вильям безэмоционально кивнул мне, смакую сигарету. В последнее время друг много курил. Похоже, это лето окончательно выбило его из равновесия."

"Две недели назад, когда в этом же клубе мы напились, а Демиан укатил с какой-то длинноногой моделью, Вил случайно обнародовал мне свой секрет. Но тогда я высмеял его, не думая, что такое вообще возможно. Только теперь, после вечерней прогулки с Селестой, начинал коё-что понимать… Возможно, сейчас бы я отреагировал совсем иначе.

– Кто посерединке – тот женится на свинке! Кто по бокам – тому денежки в карман! – без тени улыбки на лице проговорил Дем, и мы с Вилом непонимающе переглянулись.

– Что за чушь, братишка? – переспросил Вильям, выпуская изо рта тонкую струйку дыма.