История жены Дьявола (СИ)

Расстраивать и заставлять нервничать тоже не хочу.

Моя девочка послушно стоит рядом, смотрит на меня огромными глазищами, забирает сигарету из рук и закуривает. Руки сломаю сейчас ей…

Глава 11

Когда за тобой охотятся всю твою жизнь — ты воспринимаешь это как должное без приступов страха и кошмаров. Постоянная смена жилья, машин, охраны, перемещений, всего к чему ты так привык. Долгое время никто не решался посягнуть на моё, потревожить мой покой, но теперь кто-то растоптал все, что я выстроил, посягнул на здоровье моих близких.

Трусость многих из моих людей удивила, разочаровала в них. Не прощу никого из них, даже если они не участвовали в покушении — будут стоять в одном строю. Разнесу всех к чертям собачим, тварей неблагодарных.

— Неплохой выбор. — обвожу взглядом гостиницу, размещение в которой организовал Захар. Это одна из моих гостиниц, о которой кроме Захара и Жака, моего юриста, никто не знает. Точнее, никто не знает, что я ее владелец. Выгодное вложение, хорошая страховка для таких ситуаций.

Гостиница в самом центре у парка Горького, с виду неприметная, не отличается от жилого массива, но пользуется популярностью у иностранцев. Здесь нас не будут искать, а с новой моей внешностью — не сразу и поймут, что я это я.

— Нам повезло, бронированный номер закончили только месяц назад. Полный фарш, как и заказывали. Новые вещи уже в нем. — Захар при полной экипировке, в чёрном костюме Armani, бодрый и обманчиво свежий. Сегодня я больше похож на его охранника."

"При покупке этой гостиницы родилась идея сделать целый этаж под себя, бронированный и напичканный самой совершенной защитой: отдельный лифт, запускаемый только по отпечаткам пальцев, доступ к вертолетной площадке, камеры по всему периметру с распознанием голоса и лиц, при обнаружении посторонних мне приходит уведомление на телефон.

Обслуживающий персонал нанимал Захар, все они из бывших силовиков, даже женщины. Мы заходим через специальный вход к персональному лифту.

Мониша с бледным лицом, кусая губы до крови, и усталым видом плетётся рядышком. Сжимаю ее одной рукой, какая же она маленькая и хрупкая, одни кости остались. Новость восприняла стойко, не комментируя, но вижу, как расстроилась и поникла. По лицу читаю о чем она думает. Это причиняет мне боль. Ничего, выдерну эту Виолу, сделает все в лучшем виде, выбора у неё нет. Главное, чтобы Мониша была здорова, остальное приложится.

— Значит так, Мониша — ты есть и спать. Принесите запечённые овощи и мясо. — служащего отеля, бесшумно сопровождающего меня, сдувает ветром, бежит исполнять моё поручение. — А мы пока с Захаром обсудим работу.

— Я… — она возмущенно приоткрывает свои пухлые губки, но потом поджимает их, не решается протестовать, угадывает моё настроения. Моя девочка.