Чудесный сад жены-попаданки

Что он, смертный, мог противопоставить ей тогда? Ничего — и потому отступил в полном разладе чувств.

Или раньше, в лесу, когда, окружённая разбойниками, она не только не запаниковала, но и сумела дать отпор, пусть и словесный. Впрочем, Родрик был уверен: будь у леди Каннингем пистолет, она, не колеблясь, воспользовалась бы им тоже. И уже в тот момент злость от мысли, что Колдшир ускользнул у него из рук, тесно сплелась с невольным уважением к новой хозяйке имения.

Но окончательно переменили всё дюны. Бесстрашная леди Каннингем прошла одна ночью по подземному ходу и не побоялась приблизиться к раненому незнакомцу. Без раздумий спасла того, кто сначала чуть не ограбил её, а затем обещал отобрать имение.

«Потрясающая! — только и мог качать головой Родрик. — Невероятная! Истинная роза Колдшира, цветущая вопреки всему! А Каннингем — полный глупец, коль отпустил от себя такую жену».

Впрочем, Родрику его глупость была только на руку. Пусть Безликий не мог дотянуться до столицы, но ведь когда-нибудь Каннингем пожелает навестить супругу. И если к тому времени прекрасная Мэриан намекнёт хотя бы жестом, взглядом… И ведь как чудесно всё сложится: обещание матери, сродство леди Каннингем с Колдширом, кровь, текущая в его жилах!..

«Неисповедимы пути высших сил», — набожно думал Родрик. О, пусть только злосчастная рана ещё немного заживёт! Он непременно попытается покорить сердце прекрасной Мэриан, тем более что между ними больше нет тайн. Да, она была строга во время их последнего разговора, но Родрик не сомневался: как следует всё обдумав, Мэриан поймёт и примет его объяснения. Он ведь руководствовался самыми благородными намерениями, наказывая лишь тех, кто того заслуживал. Как мерзавец Камерон, например. Сколько мать от него натерпелась в девичестве! Сколько крови он испортил деду и бабке своей гнусностью!

«Мэриан поймёт. Обязана понять».

Родрик заметил, что сжимает резной подлокотник кресла, и разжал ладонь. Поднялся на ноги (движение по обыкновению отдалось в боку тупой болью) и только собрался выйти из курительной комнаты, где по традиции проводил вечерние часы, как в дверь почтительно постучали.

— Господин, — объявил вошедший слуга, — из Колдшира прибыл человек и хочет вас видеть.

Из Колдшира? От леди Каннингем?

— Немедленно проси!

Слуга исчез, оставив Родрика нетерпеливо мерить шагами комнату.

«Что случилось? Почему так поздно? Она хочет меня видеть? Согласна продать?.. Нет, бред! Но что тогда? Ей нужна помощь? Моя? Безликого? Да где же этот проклятый гонец!»

И аккурат на этой преисполненной раздражения мысли дверь в курительную комнату снова отворилась.

— Добрый вечер, господин Эйнсли.

Родрик замер, неверяще глядя на вошедшего.