Правила обманутой жены

 — Сейчас метнусь в душ, влечу в шмот и поедем, — он прошел мимо меня в ванную, но по дороге ущипнул меня за попу.

— Дима! — зашипела я.

— Ух ты! Ух, какая зажигалочка! — прошептал он, еще раз поцеловал меня и побежал в душ.

Что это с ним? Адели так плохо, что она отлучила его от королевского тела? Да, скорее всего. Судя по тому, как она выглядела в тот вечер на выставке и после, у нее начался сильный токсикоз. Тут уже не до любовников. Тут бы выжить с трудом, когда тошнит даже в мозгах и жить не хочется от слова «совсем».

Ресторан был очень дорогой. Метрдотель отвел нас с Димой к столику. Я увидела партнёра Димы и у меня потемнело в глазах.

Из-за столика, широко улыбаясь, встал Мамикон. Дима тоже растерялся, но быстро взял себя в руки и бросил гневный взгляд на своего юриста Гольдмана, который с невозмутимым видом изучал меню.

— Наденька, вы, как всегда очаровательны! — Мамикон поцеловал мне руку. — А одеты как красиво! Вкус у женщины самое важное. Это я вам как армянин говорю. Когда бог раздавал хороший вкус, армяне первые в очереди стояли уже сразу в «Версаче». Я всегда говорил, что ваша эта Москва маленький аул, все приличные люди друг друга знают, — он пожал руку Диме. — Кто бы мне сказал, что мой новый партнер — муж моей же помощницы, не поверил бы!

Дима побледнел и сжал зубы. Но выдавил из себя вежливую улыбку и сел рядом с Гольдманом.

— Я на одну минутку отлучусь, извините меня, дорогие! — Мамикон вышел из зала.

— Ты че совсем берега попутал? — Дима схватил Гольдмана за галстук и притянул к себе. — Ты кого мне привел? Я этого чурку знаю.

— Тогда сам ищи себе партнера, который бы вложил такие бабки. У денег нет национальности. И галстук отпусти, он, знаешь, сколько стоит? Мне в нем до смерти ходить, — прошипел Гольдман и с невиданной для мелкого и худенького мужичка силой дёрнул галстук, высвобождая его.

— Надюха, ты об этом знала? — прошипел Дима.

— С ума сошел? — возмутилась я. — Ты меня никогда на свои встречи не берёшь!

— Так, Дима, ты мне голову не морочь, — разволновался Гольдман и залпом выпил стакан воды. — Ты сразу скажи: мне дать задний ход? Документы еще не подписаны. Так что можно передумать. Но инвестора тогда ищи сам. Они у меня на деревья не растут!

— Где я его найду? — возмутился Дима. — Я те бабло для чего плачу?

— Я свои деньги отрабатываю не на сто, а на двести процентов. Так что решай сейчас! Он идет. Ну же! — Гольдман показал взглядом на дверь в зал.

Мамикон вернулся и медленно направился к нам. Такое впечатление, что он прекрасно знал, что его сейчас обсуждают, и специально вышел, давая Диме возможность решить.

— Да черт с тобой! — махнул рукой Дима. — Чурка так чурка! Но продолжай искать. Пусть пока этот вложится, а дальше видно будет.