Поместье для брошенной жены

Да это и не требовалось. Я знала, кто это, просто знала и все. Знала все это время, пока пыталась его спасти.

— Сейчас, — зашептала одними губами. — Сейчас-сейчас. У меня есть дома целая коробка зелий и личная аптечка. Все будет хорошо, все обязательно будет.…

Слух поймал далекие голоса, зовущие меня по имени, треск веток и тявканье собак. Они почему-то отказывались лаять и выражали эмоции рыком или тявканьем.

Теперь, когда черная дымка рассеялась, обернувшись, я увидела, как к лесу приближается повозка, и старик Бай подгоняет лошадей, а из окна повозки высунулась Лоте.

Облегчение затопило меня с головы до ног, даже слезы на глазах выступили. Только сейчас я поняла, что справиться одной мне было не по силам в любом случае. Генерал-то без сознания. Мне его не то что не поднять, мне даже приподнять его было бы сложно.

Пошатываясь, я вскочила и побежала навстречу повозке.

Ко мне тут же бросились мои верные безмолвные собаки, а следом с козёл спрыгнул Берт.

— Сюда! — крикнула, хотя голос едва слушался. — Сюда, скорее!

Меня, наконец, заметили, и повозка покатила в правильном направлении под радостные вопли прислуги.

Близко подъехать ей не удалось из-за раскуроченной земли и растопленного в кашу снега. Поэтому после того, как меня ощупали на предмет ранений и расспросили, мы вчетвером кое-как перекатили генерала на расстеленный плащ и дотащили до повозки. Заминка вышла при погрузке.

— Вот смотрю я на него и думаю, — с заминкой призналась Лоте. — Вот прям думаю и не могу остановиться. Похож-то как.

Старший Бай и Берт старательно отводили глаза, но было ясно, что они тоже узнали генерала Таша. Развлечений у веев было немного, а светская хроника — основной поставщик сплетен и домыслов. А силами фанатов, стекла и дагерротипы местной девичьей мечты распространялись по Вальтарте подобно лесному пожару. Лихо и неотвратимо.

Даже странно, как мне удавалось избегать всеобщего идолопоклонничества. Я, конечно, старалась, но, чтобы при мне ни разу не зашел разговор, не всплыл газетный снимок, не мелькнуло упоминание по так называемому стеклу, являвшего собой магический аналог экрана, сейчас казалось удивительным.

— Мне тоже кажется, — робко вставил Бай.

Берт промолчал, но посмотрел на меня. Он был на редкость сообразительным подростком с неплохим образованием и прогрессивными взглядами. Подозреваю, что веем он стал по собственному почину. То ли семья от него отреклась, то ли он сам отрекся, но корни его шли от благородного клана. Я чуяла качественное воспитание, как волк чует кровь.

— Берт? — надавила легонько.

Мальчишка был маркером нормальности в нашем доме, и мне хотелось заставить его высказать мысли вслух.

— Это генерал Таш, — буркнул тот неохотно.

Я ласково улыбнулась.