Поместье для брошенной жены

А утром узнал, что он убил дракона своей матери. Мать оказалась права. Нигде не сказано, что дракон должен пробудиться через смерть своего хозяина.

После этого мать начала стареть, терять вес и интерес к жизни. Даже его победа над Фаншером не вытащила ее из депрессии.

Он летал в сокровищницу, искал способ вернуть матери дракона. Он узнал о черной магии, которую использовала мать, чтобы погрузить его в бой драконов, узнал, что тысячи и тысячи лет назад белая и черная магия сосуществовали в мире, об иномирянках, которых приводили в Вальтарту боги. Но способа вернуть дракона матери не нашел. Не было такого способа. Дракон рождался и умирал лишь единожды.

Император сослал мать в северное поместье, где она остатками магии основала место силы. Его выворачило от ненависти к Ташам, но убить ее он побоялся. За спиной бессильной матери стоял юный, беспощадный сын, готовый убивать по ее первому слову.

Почти против воли я вспомнила, что говорили местные о владелице дома.

Вот тебе и ведьма с молодым любовником.

— Ненавидишь меня? — спросила тихо.

Взгляд Ральфара дрогнул. Плеснул недоумением, после пониманием, а потом, наконец, стал пустым, как у пластмассовой игрушки.

— Нет, Рише, я никогда не ненавидел тебя.

Он убрал было руку с моей груди, но я придавила ее ладонью. Быть может, он считывает сердцебиение или чувствует ложь еще каким-то способом. И это хорошо. Я собиралась впервые за долгие восемнадцать лет быть полностью искренней.

— Восемнадцать лет назад Фаншер подкараулил меня около Академии поздним вечером и.…

И предложил вместе достать редкую книгу по магии, которая в свете моих проблем с даром была бы мне очень кстати.

В Академии я находилась всего неделю, и пока не догадывалась, что никакая книга мне не поможет. И что никто не имеет право находиться на территории женского общежития после восьми вечера. И что покидать Академию мне тоже нельзя.

Я, разумеется, отказалась. К тому моменту я уже точно знала, что представляет из себя Фаншер, и начала его бояться. И стоя в полумраке коридора знала, что не поеду, как бы меня ни уговаривали.

Проблема была лишь в том, что никто и не планировал меня уговаривать.

— Ох, да перестань, Риш, мы же отличные друзья, — Фаншер рассмеялся, обхватив меня за плечи, и практически потащил на выход.

Самым ужасным было то, что я действительно сопротивлялась. Но было поздно. Нам не встретился никто из учеников. Только из одной из аудиторий выглянул магистр Буше, дававший магию слова, и… сделал вид, что не видит моего жалкого состояния. Просто рассыпался в любезностях перед Фаншером, а после закрыл дверь.

После этого я перестала сопротивляться. Даже сделала вид, что иду с ним добровольно, но Фаншер всю дорогу до дворца держал меня мертвой хваткой за руку. Отпустил только во дворце.