Поместье для брошенной жены

Скорее всего меня бы на ней женили, возвеличивая их род еще больше. В качестве благодарности за участие.

Я молчала. Мне нечем было утешить Ральфара. Люди, которые пусть и не были с ним близки, но были его семьей, буквально разделали его и продали по кускам. Тело и статус Гроцам, ум, силу и магию Касиусу, а поводок, свитый из черной магии — императору.

Но, кажется, дело в чем-то еще. Предательство отца не задело бы Фалче так больно.

— А Кассиус, он…. Вы общались?

Ральфар поднял на меня беззащитный взгляд.

— Дружили до войны. Крепко дружили, и я думал, что навсегда. Но потом меня отправили на фронт, а когда я вернулся, первые братья были мертвы, а его дворец закрыл для меня двери. Знаешь, как я Сапфировый дворец получил? Ему назло. Он желал отдать его матери, а я потребовал себе. У отца и выбора не было. Хитроумная Найха может сколько угодно наплести интриг, но не может убить ни одного перевертыша. Он страшно бесился, когда я получил сапфировый ключ.

Последнее он сказал с детской досадой.

Не выдержав, я просто обняла его со всей силой, на которую была способна. Любовница, конечно, не заменит друга, но она может дать немного тепла.

После уставилась на договор, предлагающий мне полное покровительство, взяла перо и ожесточенно вписала свое условие. Одно.

В случае брака главы клана Таш, у меня есть право в течение месяца вернуть имя и покинуть Сапфировый дворец.

Не знаю, чего я добивалась этой формулировкой. Поймать Фалче на эмоциях? Внести ясность в наши отношения? Услышать, что он не отпустит меня?

Вместо этого он придвинул свиток и, окинув взглядом мою приписку, подписал.

— Благодарю, Рише, — в его глазах появилась пока незнакомые мне ясность и умиротворение. — Ты не пожалеешь об этом.

День на секунду померк.

Он не сказал, что не отпустит меня. Не сказал, что заставит, вынудит быть рядом, пока смерть не разлучит нас. Даже с его безусловным доверием, я оставалась приятным дополнением к выгодному сотрудничеству.

Миг спустя чистым волевым усилием сбросила морок. Что-то я совсем расклеилась. Нашла, о чем убиваться.

Я звонко хлопнула в ладоши, поставив точку в тягостной сцене.

— А теперь должна тебя предупредить, мне совершенно не по душе обстановка моих покоев, — сказала искренне.

Ну или почти искренне. Выводила из себя даже мысль, что в этот дворец входила Талье Гроц, ложилась в постель к Фалче, ласкала, гладила, приказывала горничным, требовала. Лежала в той же ванне, трогала тонкими пальчиками стены, стол, резьбу, картины.

К моему удивлению, Ральфар, напрягший я было от моих слов, с облегчением выдохнул.

— Меняй. Меняй все, что захочется, Рише. Бюджет дворца в твоем полном распоряжении, как все ключи, прислуга и оба сада. Он твой от флюгера до каменных мешков.

Надеюсь, про каменные мешки он пошутил.