Женский приговор

– Какие у тебя нервы, если ты мать убиваешь и ухом не ведешь! И неважно, что тридцать копеек, ты их заработай сначала, а потом будешь рассуждать, те это деньги или не те! А то ишь какая! Ни черта не делает, на родителей плевать, зато куча претензий, джинсы ей, видите ли, не покупают!

– Но у нас в классе уже у всех есть, одна я хожу как оборванка!

– А ты следи за своими вещами! Если приложить усилия, в любой одежде можно выглядеть аккуратно и симпатично.

– Даже в ваших с бабушкой обносках? – рассмеялась дочь.

– Даже в них! Все равно они лучше, чем то, что в магазинах продается.

– Ну твои костюмы тоже в магазинах не продаются, однако ж ты их не у бабушки взяла.

– Ты не равняй! Я директор школы и должна выглядеть соответственно.

– А я ученица школы и тоже должна выглядеть соответственно.

– Форма у тебя есть, вот и выгляди! Воротнички подшивай нормально, а то когда грязный воротничок, тут уж никто ни на что другое не посмотрит. Я тебя обеспечиваю одеждой, чтобы от холода защититься и срам прикрыть, а дальше уже твое дело. Воротнички чистые, юбка отглажена, чулки целые и в гармошку не собираются – вот и все, что нужно. Сразу ясно, что ты приличная девушка и следишь за собой. А кто обращает внимание, во что человек одет, кому важны все эти джинсы, кроссовки, прочее фирменное тряпье, это просто мещане, ограниченные люди.

– Ну, значит, у нас в классе все мещане.

– Наверняка есть хорошие девочки, просто ты сама своим гнилым нутром тянешься в плохую компанию! Ради одобрения каких-то идиотов готова матери всю душу вымотать! Мне вот даже в голову не приходило у своей матери что-то требовать, а мы жили тяжело, очень бедно жили. Один раз по карточкам получили для меня мальчуковые ботиночки, так я счастлива была!

– Так, мама, тогда эти ботиночки были все равно что сейчас джинсы, – засмеялась Аня.

– Ничего не все равно!

– Ну ладно.

– Стой! Ты куда это собралась?

– К себе в комнату.

– Просто так уйдешь? Даже прощения у матери не попросишь?

– За что?

– За то, что ты лентяйка!

Аня снова засмеялась, и Надежда Георгиевна со злостью посмотрела на ямочки у нее на щеках. От бабушки достались.

– Мама, если я попрошу прощения за то, что лентяйка, и ты меня простишь, то это будет значить, что ты разрешаешь мне лениться сколько я захочу. Так что это не в твоих интересах.

– Ты вообще в своем уме? – закричала Надежда Георгиевна. – Мать тебе делает замечание, а ты философствуешь! Брешь в логике выискиваешь, вместо того чтобы извиниться, осознать свое поведение и попытаться исправиться!

– Ладно. Хочешь, я посуду помою?

– Да уж помой, будь любезна!

Аня быстро собрала грязную посуду в раковину.

– Мам, а можно же было просто меня попросить, без скандала.

– Ты сама должна знать!

Надежда Георгиевна вышла из кухни, хлопнув дверью.