Женщина с ребенком

Вон, даже в машину сразу уселась на переднее сиденье, рядом с отцом. А на заднее сиденье Катя с малышом села – одна… Всю дорогу слушала, как Лёлька трещит весело:

– Нет, как я ловко умудрилась родить – прямо в каникулы! И сессию успела сдать… И даже занятия пропускать не пришлось, правда, пап?

– Правда, Лёлька, правда… – весело поддержал ее Митя, останавливаясь на светофоре. – И мама уже с работы уволилась, так что все путем…

Но это оптимистическое «все путем» Катю не очень устроило, и она произнесла робко в Лёлин затылок:

– А как же мы с кормлением устроимся, Лёль? Может, побудешь дома какое-то время, не сразу в институт пойдешь? Можно ведь договориться в деканате, будешь дома заниматься… Ребята тебе будут лекции приносить…

– Мам, ну что ты говоришь, какое там в деканате договориться! Сейчас ведь все дети искусственники, так что ничего страшного, мам!

– Ну что ты, Лёль… Обязательно нужно грудью ребенка кормить, хотя бы в первые месяцы!

– Ой, мам… Ну как ты это себе представляешь вообще? Будешь мне его на кормежку в институт между лекциями приносить, что ли?

– Ну хотя бы первые две месяца, Лёль… Будешь сцеживать молоко по утрам и оставлять мне…

– Ну, если так, то ладно… Но только два месяца, не больше!

На том и сторговались. А что было делать? Сами ведь обещали, что все на себя возьмут, никто за язык не тянул… А обещания исполнять надо. Может, это все и неправильно, и за ошибку родительскую надо признать, но не кому-то же чужому эти обещания были даны, а доченьке родной и любимой…

Сколько уж времени с того самого дня прошло, как забрали Темочку из роддома! Полтора почти года! А кажется, будто вчера было… И сколько событий всяких за это время произошло…

Той зимой, когда родился Темочка, умерла мама. Они долго скрывали от нее Лёлькино положение, пока скрывать уже невозможно стало. Просто однажды осенью мама пришла в гости, сама все увидела. И в ужас пришла. Села на кухне, ухватившись за грудь, проговорила осипшим голосом:

– Катя, что это, что это? Я одна это вижу, или…

– Да, мама. Лёлька беременна. Ты все верно подметила, мам. Ей скоро рожать. Я думаю, сразу после Нового года…

– И ты так спокойно говоришь об этом, Екатерина? Ты что, совсем с ума сошла?

– Мам… Успокойся, пожалуйста, не надо так волноваться. Тебе ж нельзя, у тебя гипертония и сердце слабое!

– Да какая там гипертония, господи… Лучше уж пусть гипертония, чем… Да что это такое, Екатерина, а? Как же вы с Митей дочь-то не уберегли? Господи боже мой, что теперь будет…

– Да ничего не будет, мам. Зимой у тебя правнук родится, вот и все, что будет. Давай лучше вместе радоваться, мам…

– Радоваться? Чему тут радоваться? Внучкиному позору? Да еще из института выгонят, наверное!

– Нет, мам, за это не выгоняют.