Женщина отца

Во мне просыпалась та самая маленькая девочка, про которую забыли. Которую бросили и уехали в неизвестном направлении.

– А твой отец? – голос Антона звучал хрипло, давил своей тяжестью на плечи.—Он пытался найти твою мать или просто отпустил на все четыре стороны?

Этот вопрос задел за живое. Меня саму он не раз посещал, но я не рискнула спросить у отца. И уж тем более не смогла потребовать ответа. Я видела, как с каждым месяцем папа становился холоднее. Стоило завести разговор про маму, он захлопывался или же просто переводил тему.

Мой голос в пространстве кухни прозвучал как жалобный писк. Одним глотком допила уже остывший кофе. Поморщилась от неприятного и непривычного вкуса и поднялась со стула. Не успела я выйти их кухни, как меня подхватили на руки и понесли в комнату. От возмущения я начала вырываться из захвата. Колотила Антона по спине, кричала и требовала, чтобы он меня отпустил, но было бесполезно. Он, словно танк, пер в выбранном направлении, и мои попытки его побить воспринимал со смехом.

Меня нагло швырнули на кровать и накрыли сверху тяжелым телом. Я уже открыла рот, чтобы высказать этому негоднику все, что о нем думала, но он не дал…его жесткий рот накрыл мои губы. Язык беспрепятственно ворвался в глубину моего рта и начал там хозяйничать.

Мое тело прострелила молния желания, и я выгнулась навстречу. Антон жадно впивался в мой рот. Его ладони непрерывно шарили по моему телу, срывая немногочисленную одежду. Я плавилась под его прикосновениями и плыла по волнам удовольствия. По спине пробегали мурашки, а с губ слетали требовательные стоны. Я его хотела. Скучала по нему, и это было глупо отрицать.

Он добился того, что из моей головы вылетели все мысли, и теперь я была поглощена только тем, что он со мной вытворял. А он словно это почувствовал.

И вот уже жалящие и грубые поцелуи превратились в нежные, медленные и тягучие. Они постепенно разожгли во мне страсть.

Я не могла уже скрывать потребности в нем. Мои пальцы впивались в обнаженную спину, пока Антон короткими поцелуями покрывал каждый оголенный миллиметр тела. Внутри скручивалась пружина вожделения. Мои стоны разносились по всей комнате. Когда он оторвался от меня, я увидела, как его глаза вспыхнули голодом. Руки снова гладили мое тело. Постепенно он спустился поцелуями к животу и начал там выписывать замысловатые узоры горячим и влажным языком.

Я зарылась пальцами в его непослушную шевелюру и притянула лицо ещё ближе к коже. Ощущала его горячее дыхание и впитывала в себя каждую секунду его близости. Член упирался мне в ногу, и это вызывало восторг. Значит, не врал и хотел меня. Скучал…

Антон зацепил зубами резинку трусиков и потянул их вниз.