Месть женщины

Я думала, что исправилась, но оказалось… Знаешь, мне очень хотелось с ним перепихнуться, но я вдруг вспомнила, что он твой отец, и не смогла это сделать. Но если бы он не был твоим отцом… Он такой весь таинственный и… наивный. Ой, Янек, я ужасная, и ты должен меня проучить. Не разговаривай со мной долго-долго, ладно? Или лучше побей меня. До крови. До синяков. Ах, Янек, если бы ты смог меня побить.

Она шептала что-то еще, а он дремал под ее шепот, просыпался, снова дремал. Еще он слышал, как по дому кто-то ходит, ступая тяжело и как бы с опаской. Наконец он провалился в кромешно-черный сон. Проснувшись, увидел солнце и полоску свеже-голубого неба над головой. Он вскочил и выглянул в окно.

Вода в реке была зеркально гладкой и темно-зеленой от плавающих в ней картин прибрежного леса. Шалаш отсюда не был виден. Ване захотелось узнать, там ли Инга и что делает, если там. Как когда-то хотелось посмотреть ту либо иную кинокартину. Это было сильное, но в то же время какое-то поверхностное желание.

Ваня натянул джинсы и отправился в летнюю кухню.

Ему вдруг очень захотелось есть.

— Бабушка, ночью кто-то ходил по дому. Вы слыхали?

Таисия Никитична с удовольствием проглотила ложку густого морковного супа и раскрыла свой беззубый рот, требуя еще. Насытившись наконец, — ей хватило нескольких ложек, — пожевала бескровными губами, сказала:

— Тревожно в доме. Что Ванечка?

— Спит чуть ли не целыми днями. Даже на речку купаться не ходит. Аппетит хороший — ест все подряд и молока много пьет, — докладывала Нонна. — Вот только все молчит. Вылитый отец.

Она горестно вздохнула.

— Не вздыхай. Знаю, пьет Анатолий. Ну и пускай. Что ему сейчас делать, как не пить? Еще с ума спятит. Водка часто мужика от больших бед спасает.

— Бабушка, но он же не ест ничего. И никого к себе не пускает. На крючок закрылся и сидит, как медведь в берлоге. И в туалет только ночами ходит.

— Но это не его шаги были — его шаги я хорошо знаю, — сказала Таисия Никитична. — Это кто-то другой ходил.

— Кто же? Разве что Ванечка?..

Таисия Никитична пропустила ее слова мимо ушей.

— Привидений в этом доме быть не может, — решительно заявила она. — В нем еще никто не умер. Те, что жили здесь раньше, сгорели. Привидения всегда вместе с домом горят, это я точно знаю.

— Бабушка, я с понедельника на работу выхожу. Как они тут без меня управятся? И Ванечку кто накормит?

— А она больше не вернется? — вдруг спросила Таисия Никитична. — Ведь если она вернется…

Дом вздрогнул от тяжелого глухого удара, словно упало что-то неживое. Нонна вскочила и бросилась к Толиной комнате.

Дверь, по обыкновению, оказалась запертой изнутри. На стук никто не отозвался. Нонна приложила ухо к двери, прислушалась. Кто-то тихо простонал — и снова все стихло.