Женщина с берега

Он поспешно рассказал ей о медальоне и рукописи, которые получил из дома.

— Этот рассказ написан матерью Петры, Герд. У вас, конечно, нет времени, чтобы прочитать его целиком, но мне хотелось бы, чтобы вы ознакомились с рукописью. Особенно обратите внимание на конец. Вечером я вам все разъясню.

Она с благоговением взяла рукопись у него из рук и обещала бережно обращаться с ней. Он подождал, пока она наводила порядок на своем столе и на конторке, и они вышли вместе на улицу. Фрекен Сильвестерсен столкнулась с ними в дверях и пошла за ними следом вниз по лестнице. Нетта продолжала непринужденно болтать с Андре, чувствуя ледяной взгляд фрекен Сильвестерсен за своей спиной.

Идущая за ней следом сплетница наверняка думала теперь о блузе и прическе Нетты, но та не придавала этому никакого значения. Пусть думает, что хочет.

Внезапно Нетте стало жаль фрекен Сильвестерсен. Ведь та была просто одинокой женщиной, достойной сочувствия. Нетта знала это по себе. Фактически она желала своей сварливой соседке обзавестись таким же другом, как Андре — или вообще каким-нибудь мужчиной. Ей хотелось поделиться с другими своим новообретенным счастьем.

Она готова была отдать кому-то все, ничего не требуя взамен.

Душа ее ликовала.

На площади стояло несколько женщин весьма воинственного вида, держащих плакаты. Андре сразу определил, кто из них Мали, по юному виду и резкому, грубоватому голосу, хрипло выкрикивающему бранные слова в адрес угнетателей женщин.

— Это она, — сказала Нетта. — Та, что так бедно одета.

— Я уже понял, — ответил он. — Не будете ли вы так любезны представить меня ей? Иначе она подумает, что я явился сюда с каким-то низменным предложением.

Мали агрессивно посмотрела на них, когда они подошли ближе. Весь ее вид выражал готовность к обороне. Но было похоже, что она узнала Нетту.

— Добрый день, Мали, — сказала та. — Я хочу представить тебе господина Андре Бринка. Возможно, он твой родственник и хочет поэтому поговорить с тобой.

— Мой родственник? Нет у меня никаких родственников, — резко ответила девушка.

Она была недурна собой. За ее враждебностью и угрюмостью скрывалось нечто такое, что сразу понравилось Андре — и этому не помешало ее нищенское платье. Лицо у нее было приятным, сложена она была хорошо, но волосы были растрепаны, а в глазах таилась неуверенность и беспомощность, несмотря на суровые, грубоватые манеры.

Не дав ему ответить, девушка продолжала:

— Только не говори, что ты мой брат или что-то в этом роде!

— Нет, нет, — улыбнулся Андре. — Но я думаю, что у меня есть доказательства того, что твоя умершая мать и я относимся к одному роду. Мне бы очень хотелось поговорить с тобой, если ты не возражаешь.

Она не знала, что ответить, и стояла, опустив взгляд на свои рваные башмаки.