Женщина с берега

«Это просто фантастично, — подумал Андре с радостью. — Наконец-то у меня есть нечто осязаемое, вещи, принадлежавшие Петре. Может быть, они наведут меня на след?»

Он распечатал маленький пакет.

Оттуда выпал медальон.

Тот самый, который искали.

Да, для бедняка эта вещица представляла собой ценность.

Он осторожно попробовал открыть довольно большое золотое сердечко. Но старинный медальон не поддавался. Андре приложил силу, но напрасно. В конце концов ему пришлось разъединять обе половинки с помощью перочинного ножа.

В медальоне лежала прядь волос, прекрасных, светлых детских волос.

На внутренней стороне медальона была выгравирована надпись. Поднеся медальон к свету, Андре стал разбирать буквы.

И постепенно он прочитал всю надпись, сделанную витиеватым шрифтом: «Петра Эриксдаттер, Нордладе, 1829».

1829 год? Петра? Разумеется, не эта Петра, ведь она родилась в 1880 году. Но девочкам часто давали имена в честь бабушек.

Владельцем этого медальона в 1829 году должен был быть маленький ребенок, судя по волосам. И он должен был быть из богатой семьи, ведь далеко не все дети разгуливали с такими медальонами. Владельцем медальона должна была быть бабушка Петры, поскольку мать ее, судя по рассказам, происходила из богатой семьи.

А отца бабушки звали Эрик. Эрик Нордладе.

Теперь у него была зацепка для дальнейших поисков. Об этом ему не терпелось сообщить своей добровольной помощнице.

Но Ванья ничего не говорила об этом на Липовой аллее! Конечно, она попросту забыла об этом. Ведь у Ваньи в голове было совсем другое. Теперь они узнали, что все ее помыслы были устремлены к этому демону.

Его мысли вернулись к даме из конторы. В самом деле, она была удивительным человеком. На вид такая строгая и недоступная, а на самом деле такая человечная.

Он был рад, что у него такой соратник. Полезно иметь такого человека, находясь в чужом городе.

Глупо и непростительно было с его стороны сразу не узнать ее имя. Нетта Микальсруд… Ему нужно посоветоваться с ней сегодня же вечером.

Но, разумеется, он не должен вмешиваться в ее частную жизнь.

В этот вечер у него так и не нашлось свободного времени. По окончании дневных дел ему предстояло ознакомиться с историей Петры. Он не придавал этому слишком большого значения, просто его интересовало все, что имело отношение к несчастной Петре. Он знал о ней так мало!

Но перво-наперво он посетил снискавший дурную славу приют.

Нетта Микальсруд сидела в своей конторе в глубокой задумчивости. К счастью, посетителей не было, так что она могла спокойно размышлять.

Перед ней лежал листок бумаги, в руке было перо. Щеки ее пылали, когда она, наконец, принялась писать:

«Уважаемый господин Брандстедт!

Выясняя происхождение Петры Ольсдаттер, я прошу содействия с Вашей стороны.