Женщина с берега

Подумать только, что скажет его жена, узнав об этом! А должность бургомистра… Прелюбодеяние…

Он погрузился в тягостные мысли.

— Мне не хочется иметь в качестве отца убийцу, — чуть не плача, произнесла Мали. — Может катиться ко всем чертям, я не собираюсь иметь с ним никакого дела! Проклятый старый боров!

На этот раз никто ее не перебивал.

— Где можно застать Брандстедта? — неохотно спросил полицейский.

— Скорее всего, он теперь в своей конторе, — сказала Нетта. — Сегодня у него присутственный день. Полицейский вздохнул.

— Если бы я мог послать к нему кого-то другого! — сказал он. — Но они с полицмейстером партнеры по бриджу. Он никогда не пойдет на это!

— Разве вы не можете позвать этого дьявольского выродка сюда? — едва сдерживая плач, сказала Мали. — Пусть узнает, кто он такой!

— Да, это было бы занятно! А что если он невиновен? И тогда все узнают об одном полицейском, который распускает вздорные слухи, а также об одной конторской служащей.

— Вряд ли, — сказал Нетта.

Опершись на письменный стол, он тяжело поднялся. Казалось, на его плечи навалилась вся тяжесть мира.

— Идемте! Прямо в ратушу! А по дороге обдумаем, что нам делать. Может быть, нам следует начать все-таки с Эгиля Холмсена? — с надеждой спросил он.

И они поспешили в здание административного совета. По дороге они встретили Эгиля Холмсена. Лицо у него было мрачнее тучи.

Увидев их, он помахал Нетте письмом.

— Наконец-то я вас увидел! — воскликнул он. — Я хожу сюда каждый день. Это вы послали мне письмо? А это тот самый «клиент», если я не ошибаюсь?

Он свирепо посмотрел на Андре.

Все в ожидании остановились.

— Да, — ответила Нетта, стараясь сохранить самообладание, но, судя по ее дрожи, ей это не удавалось.

— В таком случае я должен сказать вам, чтобы вы впредь не посылали мне домой таких писем! К счастью, мне удалось перехватить его раньше, чем оно попало в руки моей жены. Хотя она и знает о Петре, все равно это было бы ей неприятно. А этого она не заслужила!

Немного успокоившись, он обратился к Андре:

— Ну, как обстоит дело с наследством? Что мне причитается?

— К сожалению, ничего, — ответил Андре, ничуть не сожалея об этом. — Наследницей является Петра, нам удалось проследить родственные связи.

Эгиль Холмсен рассердился.

— Так я и поверил! — воскликнул он. — Все это сплошное надувательство! Зачем же вам тогда понадобилось это письмо? Проклятые снобы!

С этими словами он ушел, и никто не задерживал его.

— Да, во всяком случае, он не налетчик, — констатировал полицейский. — Он играет в открытую.

Теперь оставался только Теодор Брандстедт. И полицейский еще не знал, как ему быть в сложившейся ситуации.

Вид у него был подавленный.

13

Они растерянно стояли в зале административного здания, боясь действовать дальше.