Чужая женщина

Мне до чертей было страшно преодолевать каждую ступеньку. Я боялся, что не найду ее там или… или найду мертвой. Я бы второй раз не выдержал, я бы пустил себе пулю в висок прямо в этом подвале.

""— Здесь не курят, — шаг к ней, и сердце набатом отстукивает в висках.

Развернулась ко мне, ноги свесила и уперлась руками в подоконник, дым медленно в мою сторону выпускает и снова затягивается сигаретой. В полумраке огонек освещает ее лицо. Бл**ь, какая же она красивая, идеальная, как ненастоящая. Недосягаемая, словно солнце. Нет, это неправильное слово. Она не просто красивая — она нереальная, породистая, дорогая сучка, которая сейчас меня дразнит, осознавая свое превосходство надо мной. Всем своим видом дает понять, что ей плевать на мои замечания."

"Преодолел расстояние, и она резко спрыгнула с подоконника, оказавшись вплотную возле меня. Ниже на полторы головы, смотрит снизу-вверх нагло и томно. Хищница с нежными скулами и бархатными ресницами. Глаза такие светлые, разве что не светятся в темноте. Невыносимые глаза. Мне кажется, ее кожа полыхает жаром, и меня обжигает сумасшествием и осознанием — хочет меня. Как и я ее. До дрожи хочет. По телу судорога триумфа и ноздри трепещут, втягивая ее аромат.

— Оштрафуешь меня?

И все… повело от взгляда этого ведьмовского и от близости ее, поднесла сигарету к моим губам, сам не понял, как обхватил фильтр и жадно потянул в себя дым. На губах появился привкус ее клубничной помады. Протянула руку и потрогала кончиками пальцев порез на моей щеке. Очень нежно, а у меня такое ощущение, что ногтями ведет, пока я в нее вдалбливаюсь, распластав под собой.

— Больно?

— Нет, — перехватил руку, и снова она на мои пальцы смотрит, и меня от этого взгляда колотит, как подростка прыщавого. Затягивается сигаретой, опять дает мне и, приоткрыв пухлый рот, алчно наблюдает, как я делаю затяжку.

— Нарушаешь правила? — голос низкий, чуть хрипловатый, меня трясти начинает от бешеной похоти и понимания, что вот она… способна унять жажду, и в горле сохнуть перестанет, когда наброшусь на ее рот.

— Всегда""

Оставалось всего три ступеньки, и я замер. А потом решительно вынес дверь плечом, навалившись всем весом. И на секунды мне показалось, что в помещении никого нет. Я еще не привык к темноте.

— Зорянаааа, — хрипло заорал, оглядываясь по сторонам. А потом долго и пронзительно орал до того момента, пока не сорвал горло окончательно. Я сипел ее имя, стоя на коленях. Меня вывели наружу люди Рустама. Дом Олигарха подожгли. Пока он пылал сзади, Маркелов что-то говорил мне, но я его не слышал. Все. Меня разломало. Я сдох. Ни черта не осталось. Пусть валят.

— Олеееег.

Вскинул голову и дернулся всем телом.

— Олееег.

Она стояла на подоконнике на самом верхнем этаже.