Чужая женщина

""Есть категория женщин, мужики поймут, хоть никогда и не признаются в этом, которая ещё ничего не сделала и даже ещё не посмотрела на тебя, но при взгляде на неё становится тесно в штанах. Поворот головы, осанка, шлейф её духов. И ты становишься похожим на подростка в пубертатный период, когда не видишь никого и ничего, только её! – вспоминал потом Александр в разговоре с Лорой Павловной – “Я ведь даже ещё не видел её лица, только взгляд со спины, но и этого мне было уже достаточно. Я узнал её, это была Ирина Тимеева. Черт его знает, как я это понял! По осанке? По стильной стрижке, сделанной явно у дорогого мастера? По спокойным, не суетливым движениям рук? Тонкие кисти, неяркий маникюр, на левой руке одно единственное кольцо, подозрительно ярко блеснувшее в свете магазинных ламп. И даже крупные часы на мужском браслете удивительно гармонично смотрелись на её тонкой кисти. Браслет часов не усыпан камнями, что тоже только в плюс её вкусу""."

"Точеная фигурка, аппетитная попка, стройные ножки, это он уже не описывал Лоре. Всё-таки сама Лора Павловна такой фигурой не могла похвастаться, так зачем же женщине ещё и напоминать об этом. Правда, Ирина оказалась, значительно выше тех дам, что ему нравятся, но это не критично. Она всё равно была значительно ниже Александра, даже на каблуках. К слову, шпилька, но классика, никакой тебе платформы. Черные лакированные туфли с острым носом на шпильке.

– Мать моя женщина! Никогда раньше не замечал за собой, что я фетишист с уклоном на женские лакированные туфли! – прошептал Александр, ощутив вдруг, что в штанах всё стало колом, – интересно, какого цвета на ней белье? В цвет платья, красное? Или в цвет туфель, черное? А резинка на её чулках тоже телесного цвета или контрастного черного?

Она стояла у полки с шампанским. А он мысленно уговаривал её выбрать его любимую марку. ""Идиот! У тебя свадьба скоро. А ты тут стоишь и слюни пускаешь на чужую для тебя женщину! Над цветом её нижнего белья фантазируешь!"" – обругал сам себя Александр.

А потом Ирина протянула руку и взяла именно ту бутылку, которую взял бы он сам. И Александр понял, что улыбается. Чему? Тому, что она предпочитает такую же марку вина, что и он?

Ирина поставила бутылку в корзину, в которой были продукты. Тоже, кстати, клубника, сыр, нарезанное вяленое мясо, ещё что-то. По набору продуктов не сложно догадаться, что у неё тоже есть повод праздновать и делать она это будет явно не одна. Конечно! У неё же есть муж! И, неожиданно для себя, Давыдов осознал, что ревнует Ирину к её же мужу.

Ирина двинулась вдоль полок с вином, так и не повернувшись к Александру лицом. А он, как последний идиот, встал на то место, где только что стояла она и, вдохнув полной грудью, почувствовал шлейф её духов.