Приручитель женщин-монстров. Том 12

— Это была самая прекрасная женщина, что я видел в жизни! — Соджун мечтательно заулыбался и вздохнул. — У неё была изящная бледная кожа, элегантная фигура, необычные голубые волосы, огромные глаза цвета моря, невероятная улыбка, а голос… Я слушал её словно заворожённый.

— Сирена… — пробормотал я, а мужчина вздрогнул. — Тогда понятно, почему она оставила тебя. Думаю, сама не ожидала, что сможет родить от простого человека да с первого раза. Вы ведь тогда ещё не пробудили магию?

— Да. Я был простым вышибалой в баре. Но, когда в моих руках оказалась Соён… — он посмотрел на дочь так, как лишь отец может смотреть. С огромной отцовской любовью. — Я решил изменить свою жизнь. Мне не хотелось, чтобы её постигла участь девочек, родившихся в портовом районе… И я создал синдикат Чо.

— Папочка! — разревелась девушка и бросилась обнимать отца.

— Так кто она? — вернулась сонная Блэр.

— Скорее всего, Сирена.

— Рыба? — Блэр облизнулась и посмотрела на девушку. — Тощая, мелкая, шумная… И… плоская.

Покачав головой, довольная своей красотой пакостница-лиса скрылась в палатке.

— Не плоская я! — выкрикнули ей вслед.

— Твой голос действительно красив, — заявил отец, а Соён отскочила от него и замяукала.

Ничего не могу с собой поделать, мне корейский язык кажется милым мяуканьем. А на самом деле она так пела.

Корейский я не понимал, поэтому молча слушал. И пела она… не сказать что профессионально, но приятно. Однако… она начала распеваться, и голос стал меняться. Из мяуканья он стал превращаться в приятную мелодию, ласкающую ухо.

Даже Блэр выглянула из палатки с торчащими ушками. Да и народ в лагере стал проявлять любопытство. А Соён продолжила петь с закрытыми глазам и будто пробуждаться, раскрывая свой талант.

Постепенно голос набирал силу и пронёсся по лагерю, отчего к нам пришли несколько Арахн, да и спецназовцы заинтересовались. Не прошло и нескольких минут, как наше палаточное место было окружено множеством людей. И не совсем людей.

А Соён продолжала петь от всего сердца, и Блэр даже слезу пустила, хоть и не понимала слов. Хотя… не только она. Некоторые приручительницы также пустили слёзы.

И вот, её песня плавно завершилась, и девушка, которая будто смогла наконец-то выговориться, открыла глаза и застыла в шоке. А ей даже Арахны, которых уже было два десятка, стали аплодировать.

Соён смотрела на них, не веря в происходящее, а затем раздался звук рвущейся ткани, и теперь «офигевали» уже люди. Ведь у девушки вырос рыбий хвост… а волосы поголубели. Да и кожа побледнела. А вот глаза остались узкими…

— Так я всё-таки Сирена… — пробормотала девушка.

— Всё, расходимся, — я встал и помахал людям рукой, прогоняя их. — Ложимся спать и отдыхаем. Через семь часов выдвигаемся.