Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

– Только угрожал матери убить её ребёнка. Как она там тебя не задушила-то на месте, не понимаю.

- Ещё только не хватало, душить меня, - очевидно, он представил, и потёр шею. – Когда доберусь до неё – приструню, чтобы и не думала никого душить!

- Да что в ней такого, что вы все к ней лезете-то? И ты, и племянник твой, или кто он там тебе, и Кресси эти безмозглые? Ну, дама из приличной семьи, ну маг, но она всю жизнь была дамой из приличной семьи и магом!

- А тут, знаешь ли, у каждого свой интерес. Кресси хотят сохранить возможность выдавать замуж её дочерей – и справедливо полагают, что магов можно отдать и без приданого, да ещё и руки на том погреть. Дураку Габриэлю нужен маг, чтобы пугать моих рокелорских родичей. А мне эта особа подходит в качестве жены и матери моих детей – раз у неё стабильно рождаются маги даже от полной бездарности в этом смысле. Имея супругу-мага из хорошей франкийской семьи и одарённых детей, я смогу занять приличное положение при дворе. Пусть не мага, но – советника его величества.

- И зачем же моему родичу такой советник, не подскажешь?

- Твоему родичу, очевидно, незачем. А вот Генриху Рокелору – сгодится.

- Тот Генрих, говорят, на ладан дышит.

- Это сплетни, они нуждаются в проверке.

- И как же ты собрался их проверять? Штурмовать Пале-Вьевилль?

- Зачем? Попрошу обменять, например, тебя – на него. Думаю, мне отдадут одного умирающего короля в обмен на практически здорового королевского родственника, да ещё и придворного мага.

- А вот это вряд ли, - покачал головой Жиль. – Мадам Екатерина очень зла на его величество Генриха, а его величество Карл не питает ко мне особой любви.

- Тогда я поторгуюсь с Вьевиллями – маршал женат на твоей сестре, уж наверное не бросит родича помирать.

- Маршал Вьевилль не идёт на поводу у разбойников и бунтовщиков, - покачал головой Жиль.

Это было известно даже ещё и до нынешних беспорядков. Глупые они, бунтовщики и заговорщики.

- Как же, а кто тогда освободил из дворца супругу Рокелора?

- Сплетни нужно слушать, - назидательно сказал он. – Потому что освободили её два безбашенных приятеля – господин коадьютор Льенского архиепископства и брат госпожи Мадлен, второй – с супругой. Поговаривают, что ранил Рокелора как раз Саваж, а ожоги ему достались от того пожара, что устроила во дворце госпожа Анжелика.

- Анжелика де Безье? К которой ты, говорят, сватался? – проявил Бернард знание придворных сплетен. – И Саваж увёл её у тебя?

- Скорее, у моего племянника, - усмехнулся Жиль. – А меня господь миловал от такой супруги. И научил прислушиваться к тому, что говорят разные люди, особенно – те, от кого мы чего-то хотим. И если ты что-то хотел от госпожи Мадлен, то – что тебе мешало к ней прислушаться? А теперь, полагаю, немного поздно.