Женись на мне

 — Добавила.

— Волосы же, а не кожа. Да и хладнокровных мы никогда не использовали. — Передернул он плечами.

— А кого использовали? — Заинтересовалась я.

— Попугаев. — Буркнула парень и скрылся за дверью своей маленькой мастерской.

Так вот кого он мне напоминал все это время. Маленького взъерошенного попугая, который падает в обморок при любой опасности. Наверняка, там еще опоссумы затесались. Как бы это выяснить, чтобы не обидеть?

Весь день мы делали из пчел светлячков, подсвечивая полосатые металлические попки странной флюоресцентной смесью, которая, как утверждал ее создатель, светится в темноте, накапливая дневной свет в светлое время суток. Причем яркость данной смеси подстраивалась под освещение окружающей среды.

Вечером я заглянула к родным. Фимка с дедом играли в шахматы, а мама была на работе, с которой возвращалась довольно поздно, так как тесно сотрудничала с Аланом и его женским десантом. Столько всего еще изучить нужно было….

Домой я вернулась как раз к ужину. В этот раз мне его подавала сама Белла Устиновна, которая решительно осталась жить в доме на три дня, чтобы не оставлять меня одну. Она даже согласилась поужинать со мной, чтобы я не чувствовала себя одинокой.

Однако, все эти попытки отвлечься оказались ни к чему, потому что в итоге меня ждала одинокая кровать в моей спальне. Я приняла душ, надела пижаму и даже легла спать, но поворочавшись на неуютных простынях, разочарованно села на кровати. Я так больше не могу! Посмотрела на время, потянулась к телефону и позвонила.

— Ты почему не спишь? — Ответил мне суровый голос мужа.

У меня от сердца отлегло.

— Не могу уснуть. Вы там как? — Спросила тихо.

— Уже разместились в отеле. — Николай говорил несколько напряженно. Наверное, я его от чего-то отвлекла. — Вера, ложись спать. Три дня быстро пролетят.

— Хорошо. — Улыбнулась, зная, что он меня сейчас не видит и не может полностью оценить степень моей неадекватности. — Коль, можно я в твоей комнате посплю? — Попросила жалобным голосом.

— Зачем ты спрашиваешь? — Я даже по голосу поняла, что он хмурится.

— Ну… это же твоя кровать. — Напомнила я ему.

— Это наша кровать. — Тихо поправил он меня. На заднем плане послышался голос Антона. — Мне пора. Каверин решил не откладывать встречу с нужными людьми.

— Да, конечно. — Согласилась. — Коль, — позвала, — мне очень тебя не хватает.

— Мне тоже, — услышала еле различимое, прежде чем звонок прервался.

Я улыбнулась до такой степени, что щеки заболели. Вот только в глазах стояли слезы. Нет, у меня определенно что-то не так с гормонами. Или это психика виновата?

Я вылезла из своей кровати и отправилась в комнату мужа. Обрадовалась, увидев, что Коля оставил вчерашнюю рубашку на кровати, а Белла Устиновна ее еще не постирала. Отлично.