Брат моего жениха

– Ляся засыпает со словами о тебе и просыпается, первым дело забирая у меня мобильный, только чтобы позвонить. Она эту неделю очень сильно к тебе привязалась, Рысев, – говорю, а мужчина молчит. Смотрит и молчит. – Забудь все те глупости, что я тебе наговорила. Ты хороший папа. И вообще... – говорю и краснею, а сердце начинает биться все быстрей и быстрей. Да что же это такое? Держи себя в руках, Илана! Не делай глупостей.

– У тебя что-то случилось?"

"– Нет, – выпрямляется в полный рост Рысев и закрывает за собой дверь. – Просто ужасно устал, Лан, – говорит волнующе тихо мужчина, и я слышу его тяжелый вздох, что щекочет мои нервы. – От всего. От постоянных недомолвок, от этих дурацких чужих игра. И без тебя. Без тебя устал. И я ужасно не хочу ехать к себе… один, –  слышу рокочущий шепот и даже пикнуть не успеваю, как с щелчком дверного замка его руки укладываются на мою талию. Ладони сжимаются, собирая в кулаки тонкий холодный шелк халата, и Рысев сгребает меня в охапку, прижимая к своему могучему телу так тесно и так близко, что я забываю, как дышать. Да и нечем дышать! Весь воздух просто выгорел в этой тесноте между нашими телами.

Я задираю голову вверх и ловлю его темный взгляд на своих губах. Он смотрит, не мигая, буквально пожирая глазами, и... и все. Я точно все. Устала бороться со своим желанием, что сопровождает все наши короткие встречи всю эту долгую неделю! Сдаюсь. Принимаю решение за нас двоих! Ставлю на прихожку вино, которое, кажется, от жара наших тел скоро закипит в стекле и, поворачиваясь в руках Рысева, привстав на носочки, сама, первая тянусь к нему и целую. Обхватываю своими дрожащими от волнения ладонями его колючие щеки и прикасаюсь, чуть прикусывая его нижнюю губу. Целую так, как хотела уже очень давно! Как снилось в бесчисленном множестве снов, когда мозг изводил мечтами и воспоминаниями темными ночами. Так, словно он мой воздух, которым я не могу надышаться и от отсутствия которого тело буквально изнывает. Прижимаюсь своими губами к его губам, жадно, вдыхая полной грудью единственный и неповторимый для меня аромат потрясающего мужчины, и обнимаю за шею, не в силах больше от него оторваться, прижимаюсь всем телом, которое требует ласк. Его ласк. Ощутить его руки, которые уже и без подсказки начинают действовать. Грубые мужские ладони пробегают по разгоряченной коже ног, и Леша подхватывает меня под попу, усаживая себе на бедра. Прижимает спиной к стене и замирает, словно проверяя наши с ним нервы и выдержку на прочность. Мозг вопит: нельзя! Рано. Дома Ляся, в соседней комнате ребенок. Но... а какого черта: нельзя? Это наш ребенок. Наш с ним ангелок, и, кажется, мое тело конкретно в этот момент не против сделать еще одного...

Его губы мучают мои. Словно это не поцелуй, а война. Война за обладание другим.