Брат моего жениха

Нельзя! Нельзя чтобы в одном человеке было столько благородства и рассудительности!

– Слав, – морщусь и смахиваю покатившуюся по щеке слезинку. – Это не все, – говорю дрожащими губами, вдыхая полной грудью воздух.

– Что?

– Я изменила тебе с Лешей, – вылетает признание, прежде чем я успеваю заткнуть свой рот, а слезы новым потоком катятся по щекам без остановки, уничтожая последние остатки макияжа. Перед глазами пелена, и любимая светлая кухонька размыта, но я, вся в слезах и соплях, отчаянно пытаюсь подобрать еще какие-то слова, чтобы смягчить удар. Однако тут как ни постели…

Глава 41. Лана"

"– Я виновата перед тобой, Слава. Я не знаю, что это было, оно просто накрыло? понимаешь? И… и я… была у Рысева. Всю прошлую неделю я была в Штатах, а Ляся с родителями. Я ненавижу себя за эту ложь, клянусь… – договариваю, и из груди вырывается всхлип. Меня всю трясет, и я даже боюсь поднять глаза, увидеть в голубых омутах такого хорошего и такого искреннего Славы ненависть и осуждение. Мне кажется, я этого не переживу. Разлечусь на атомы от стыда. Поэтом только сильнее закрываю лицо ладонями.

А Слава молчит.

Слишком долго молчит.

И когда мне кажется, что вот сейчас он просто уйдет, развернувшись, не сказав ни слова такой подлой изменщице, хлопнув входной дверью, я слышу:

– Хватит уже реветь, Самойлова.

И чувствую руки, что тянут на себя, заставляя в удивлении распахнуть глаза.

– Заканчивай, Илана, скоро соседей снизу затопишь. Или Ляську разбудишь.

– Т-т-ты слышал, что я сказала? – поднимаю свой зареванный, ошеломленный таким поворотом взгляд. – Я изменила...

– Слышал. У меня пока все прекрасно со слухом.

– И ты простишь меня, дуру такую? – обнимаю его, прижимаясь, пряча бесстыжие глаза у него на груди. – Прости, что сразу не сказала и что обманывала. И за холодность прости! Я просто запуталась, – льются потоком слова извинения. Я чувствую, как ровно бьется его сердце и как сжимаются его руки у меня на плечах, обнимая. Как касаются моей макушки его губы в легком, невинном поцелуе и как прокатывается по телу тепло. В его объятиях так уютно. Стоять вот так, вдыхая аромат его парфюма так приятно. Словно рядом со мной друг. Хороший, настоящий, преданный друг. Человек, который всегда поддержит и поможет, если нужна будет помощь. Который никогда не отвернется и не предаст. Не любимый, а просто друг.

– Прости меня, Славочка!

– Мне кажется, мы оба где-то на подсознании всегда знали и понимали, что у нас ничего не получится, – вздыхает Славка, сильнее прижимая меня к себе,  так мы и замираем. В два часа ночи, стоя посреди кухни и больше не находя друг для друга слов. И только я повторяю, как сумасшедшая, одно и то же пресловутое “прости”. Как будто оно сможет что-то исправить, отмотать назад все наши ошибки.