Брат моего жениха

– Ты уже сделала много и даже больше, Эль! Если нужно будет где-то помочь, зови, хорошо?

– Ну, а как иначе. Хочу, чтобы крестница была довольна! – улыбается подруга и кивает Славе, – привет, кстати, Слав.

– Привет, Эль. Как ты? – так совершенно по-свойски здороваются мои жених и подруга, улыбаясь друг другу, а  меня хоть один камень с души упал. Они поладили и нашли общий язык – уже замечательно.

– Да все как обычно, работаю и жду, когда мой супер адвокат поможет разгрести юридически неподкованной мне навалившиеся проблемы.

– Все так плохо? – перевожу взгляд с жениха на подругу, но те только переглядываются и пожимают плечами.

– Не хуже, чем обычно, – говорит в итоге Слава.

– М-м-мда. Ну ладно, давайте за стол. Сейчас начнется представление с конкурсами для малышни.

Сказано – сделано. Детей рассаживают полукругом у импровизированной сцены, а мы – родители – садимся за стол, в пол-оборота поглядывая на своих чад. Мужчины разливают женщинам вино, сами предпочитая сок или воду. Почти все “отцы” ребятни за рулем, тогда как “мамы” могут расслабиться.

Когда начинается детское представление, все буквально замирают, и наступает почти часовая череда конкурсов, сценок, танцев и прочих прелестей.

Я краем глаза поглядываю за дочуркой, и она просто сияет в центре внимания, определенно ловя от этого кайф.

После приходит время ужина, и детки послушно рассаживаются за столом, а мы с родителями пускаемся в простые светские беседы то о погоде, то о бытовых вопросах."

"Я попиваю белое вино и поглядываю на мобильный, что лежит рядом на столе. Зачем? Да потому, что сама себя ругаю и сама же жду его звонка. Все еще лелею надежду на то, что Рысев опомнится и решит поздравить дочь с днем рождения. Хотя откуда ему вообще знать точное число ее дня? Да и вообще… разве то, что он узнал, что-то меняет? Не думаю.

– Лан, – выводит из раздумий голос Славы.

Мужчина укладывает руку на спинку моего стула и подается вперед.

– Что такое?

– Только не ругайся, ладно? – бровки домиком, и пока еще жених замирает. – Я, правда, от чистого сердца, – прикладывает руку к груди, словно в подтверждение своих слов.

– На что я должна ругаться? – напрягаюсь, с трудом сглатывая и отставляя бокал. – О чем ты, Слав?

– Я знаю, как ты к нему относишься и поэтому не стал сразу предупреждать. Боялся, что ты будешь против и разозлишься. Хотя мне даже показалось, что вы неплохо тогда поладили, – продолжает говорить загадками и извиняющимся тоном мужчина. А у меня пульс учащается в ожидании какой-то колоссальной подставы.

– Слава, я не понимаю, о чем ты хочешь мне сказать… – говорю осторожно, выпрямляясь на стуле и заглядывая прямо в его безоблачно голубые глаза. – Что происходит?

– Дело в том, что он позвонил пару дней назад и спросил, когда у Ляси день варения.