Жених моей сестры

Место, тренажеры, спа — все по высшему разряду, — поясняет свои амбиции Егор.

Я киваю в знак того, что принял к сведению. Заметив движение в дверях, машинально смотрю туда и чувствую, как учащается сердцебиение. В ресторан входит Маша. Она в компании своей матери и парня, в котором я узнаю ее брата, которого видел всего однажды, как и всегда — не накрашена, как и всегда невероятна красива.

Егор продолжает говорить, но мне с трудом удается сосредоточиться на его словах, потому что слежу за тем, как администратор провожает их в противоположный конец зала. Маша садится ко мне спиной, а ее мать напротив, и пока вокруг них суетится официант, мы с Волгиной встречаемся глазами. Не знаю, возможно ли разглядеть подобное на таком расстоянии, но мне кажется, что она побледнела, ну либо же это общее впечатление от выражения ее лица. Боится, что я к ним подойду. Это она зря. У меня есть масса других возможностей для разговора с ее дочерью и портить семейный обед я бы не стал.

Я намеренно больше не смотрю в их сторону, сосредоточившись на разговоре с Егором. Пусть работа пошатнулась в своем статусе фундамента моей жизни, ее никто не отменял и, к тому же, у меня нет намерения доставлять Волгиной дискомфорт. Догадываюсь, в свете последних событий она и без того не лучшего мнения обо мне.

С Егором мы договариваемся созвониться в конце недели, я расплачиваюсь по счету и иду к выходу. Не удерживаюсь оттого, чтобы не взглянуть на Машу в последний раз: на хрупкую спину под кремовым свитером, на распущенные темные волосы. Пытаюсь представить, что сейчас она улыбается своей семье, но изображение не складывается. Толкаю дверь, на ходу нащупываю в кармане пачку сигарет. Курю теперь иногда, когда желание возникает. Сейчас, к примеру, возникло.

Я жестом показываю ожидающему за рулем Сене, что сейчас подойду, и делаю первую затяжку, всасывая в себя дым и нагретый апрельский воздух. Хочется вернуться в зал, хотя бы для того, чтобы снова на нее посмотреть. А еще забрать ее хочется, на заднее сиденье в машину посадить, обнять и держать, пока не поймет, что совершает ошибку.

Я выдыхаю финальную никотиновую струю и, вышвырнув окурок, застегиваю пиджак. Нужно ехать, дела не ждут. Сзади вдруг слышится хлопок двери, кто-то трогает меня за плечо. Оборачиваюсь. Это Волгина.

— Здравствуй, Денис.

На взаимные улыбки никто из нас фальшивить не собирается, поэтому я сдержанно киваю.

— Здравствуйте, Елена Викторовна.

— Заметила тебя на улице и хотела выйти поблагодарить за то, что даешь мой дочери переболеть.

Ради этого она конечно не стала бы выходить сюда, да еще и без пальто. Хочет получить залог, что я и впредь буду придерживаться подобной тактики.

— Я не даю ей переболеть. Я лишь уважаю ее желание наладить отношения с сестрой.