Жених цесаревны

Мне вот жутко интересно — каким образом Разумовский оказался без присмотра спецслужб? Он ведь явно не первый год не просто находится в оппозиции, а целенаправленно работает на смену власти в Империи. Да и определённо не в одиночку князь работал, просто остальные главные заговорщики либо уже попались, либо умудрились не засветиться.

Сначала была игра в долгую с помощью Суворова. План был надёжен как швейцарские часы и это я даже без сарказма сейчас заявляю. Канцелярия проспала попытку организовать серьёзную оппозицию Романовым в Боярской Думе. Потом, когда род Суворовых был уничтожен, а оппозицию крепко прижали, произошла эта попытка взять нахрапом власть в стране или хотя бы ослабить царствующий род и силы его сторонников с помощью кучи мелких знатных семей желающих власти и богатств. А сейчас мы и вовсе вынуждены терпеть его выходки в Норильске, не имея возможности его быстро найти и взять под арест. У него даже ценные заложники в наличии!

В жизни не поверю, что за всё время своей работы над сменой власти он ни разу не сделал ничего такого, что могло бы привлечь внимание спецслужб к его персоне. Не он сам. Так его подручные должны были разок засветиться и оказаться под колпаком той же Канцелярии.

Всё сводится к херовой работе Тайной Канцелярии, которая много чего упустила за этот год. Ох не зря я тогда наехал на главу этой службы! А сейчас стоит вообще всю Канцелярию перетрясти. Не может подобная херня повторяться раз за разом без серьёзных на то причин. Прогнила императорская служба, зуб даю. Надо серьёзно чистить её ряды, иначе потом аукнется. Мне нужен аналог «СМЕРШ» в собственном тылу, когда начнутся большие войны. Всё же знания из другого мира немало помогают мне в планировании и предугадывании потенциальных угроз.

— Удалось взять хотя бы пару пленных? — Спросил Константин.

— Я даже больше скажу — у нас в руках оказался командир группы, что устроил побоище на заводе. Марина хоть и проявляет боевой пыл и за два не только открыла своё личное кладбище, но и активно заполняет его «жильцами», но добить раненного, который к тому же сдаётся — это не про неё.

— С одной стороны это проявление милосердия, а с другой в определённый момент может выйти боком, — задумчиво произнёс мужчина. — Но всё равно хорошо, что тебе удалось её раскачать. Такой мне дочка больше нравится нежели она продолжала быть в депрессии. Спасибо тебе ещё раз.

— Я просто с ней поговорил. А потом она сама решила побыть валькирией. Хотя польза от неё есть, сколько сил и людей сберегла нам. Жаль только мы всё ещё не можем найти Разумовского. Будем надеяться, что допрос пленного командира даст результаты.

— Надеешься, что он скажет, где прячется Разумовский?

— Наоборот — уверен, что про убежище князя он ничего не знает.