Красивый. Богатый. Женатый

— Я здесь, но я иду на обед, Ирина…

— Послушай… те, я ни при чем, ясно? Это все Глеб, я никогда его ни о чем таком не просила, да мне бы в голову такой ужас не пришел бы, — она сбивчиво тараторит, так что я едва различаю слова. — Все началось как шутка, Глебу и правда вы нравились, ну и Дымова подразнить, он терпеть не может Диму, но я никогда не…

— Да о чем вы говорите? — обрываю Иру. — Что случилось?

Девушка меняется в лице — изумление, растерянность, досада.

— Так Дымов ничего не рассказал? — чуть тянет слова. — Тогда забудьте…

— Ну уж нет! — Ловлю ее за локоть, заставляя остановиться. — Не так быстро. Теперь с самого начала. При чем тут Глеб и Дымов? Или идем сейчас к Дмитрию.

Блеф, конечно, но он сработал на все двести процентов. Мне кажется, Ирина даже уменьшилась в росте. Такой напуганной я ее не видела. Неужели она так боится Дыма?!

— Рассказывайте! Сейчас!

Она не смотрит на меня, кусая губы, явно решает что-то, а потом выдает:

— Ты мне не понравилась сразу, Петра, когда я тебя еще в глаза не видела, но слышала от Агнии. Я думаю, не надо объяснять почему. Глеб сначала в шутку предложил с тобой замутить, когда вы только познакомились. Отодвинуть тебя от Дымова, чтобы не мешала.

— Да ладно? — невольно восклицаю. — А я думаю, что он такой приставучий?

— Ему нужны были деньги, а я хотела, чтобы ты была занята. — Ирина пожимает плечами. — Мне не понравилось, как Дима смотрел на твой танец на этом чертовом корпоративе. А потом еще и на работу позвал.

— Так ты платила Глебу? — Теперь уже я и перешла на «ты», раз тут такое творится. — Ушам не верю.

Ира бросила на меня злобный взгляд.

— Недолго. Дальше Глеб уже сам. Поняла, что бесполезно, что Дима все равно выберет тебя. У меня никогда не было иллюзий, да он и сам сразу дал понять, что наши отношения не навсегда...

— Потому что он женат? — срывается с языка."

"— Нет. — Ирина удивленно на меня смотрит. — При чем тут это? Дымов не живет со своей женой и не жил никогда… там нет брака.

Она произносит это спокойно, совершенно безразлично, совсем не так, как до этого говорила обо мне.

— В смысле?! Тебе было все равно, что он женат?!

Ирина смеется, а потом презрительно смотрит на меня.

— Я не поверила Глебу, когда он сказал, что вы из-за этого поругались. Бедный Дымов!

— Он женат! — почти кричу. — Неужели это ничего не значит для тебя? Это как себя надо не уважать, чтобы…

— Сюда смотри! — Она резко дернула манжету блузки, и перед моими глазами оказалось ее запястье. — Видишь?!

На загорелой коже виднелся уродливый белый шрам и еще несколько маленьких круглых вокруг.

— Я была замужем. Три года.