Женаты против воли

Может, хотела попрощаться — не знаю.

Но в тот момент когда дядя поднял мечи для очередного удара, который у меня отбить уже не получилось бы, за его спиной вдруг возникла огромная темная тень.

Нет, не Коннор.

Эфир.

Огромная темная тварь бесшумно материализовалась из воздуха, заняв собой четверть комнаты. Огромный, крылатый, с острыми зубами и узкой мордой.

Мужчина заметил удивление в моих глазах, но не поверил.

— Не выйдет! — рыкнул он, решив, что я пытаюсь обмануть его, чтобы избежать расправы.

Но нанести удар уже не смог.

Когтистая лапа мощным ударом в голову отбросила его в сторону. Дядя безвольной куклой отлетел в стене и затих, не подавая признаков жизни. А Эфир уставился на меня.

— Спасибо, — прошептала я, с трудом поднимаясь.

Монстр замер, напряженно следя за мной красными глазами."

"— Мне надо к Коннору, — зачем-то произнесла я, бросив в сторону дяди короткий взгляд.

Лужа крови, растекающаяся рядом с ним, оптимизма не внушала.

Несмотря ни на что, мне даже стало его жалко.

Столько лет Финне Монрей был слеп и отказывался верить в будущее. Вместо этого все время плел какие-то интриги, строил планы по убийству врагов.

Ради всеобщего мира или все-таки ради себя?

Под пристальным взглядом Эфира я подошла к стене и провела по ней красными от крови руками. Стена задрожала и начала медленно отъезжать в сторону. Всего на пару десятков сантиметров. А потом вдруг застыла, заскрипела, несколько раз дернулась и замерла.

Провисший потолок и часть балки перекрыли путь, и шире раскрыться проход не мог. Значит, мне придется как-то протискиваться.

Если бы стена была узкой, то, может, все прошло бы быстро и легко, но перегородка оказалась длиной более метра.

— Бездна, — выдохнула я, отчаянно пытаясь протиснуться боком.

Грудь, спину и живот сдавило так, что дышать было больно; руки, мокрые от крови, скользили по камню. И вместо того, чтобы продвигаться, я поняла, что застряла.

Все. Это конец. Ни вперед, ни назад я продвинуться не могла, оказавшись ровно посередине прохода.

— Ну же, ну же, — простонала я, бессильно стуча ладонями по камню, пытаясь хоть как-то увеличить проем.

Толкала, пинала как могла, почти ничего не видя от слез, застивших глаза.

Столько терпела, столько сражалась, и все ради чего?

Чтобы вот так глупо застрять и погибнуть погребенной под обломками! Это же нечестно.

— Ну пожалуйста, — взмолилась я, ни к кому конкретно не обращаясь.

А может, вспомнила о Богах или древних духах, которые так много знали обо мне, как утверждала знахарка.

— Пожалуйста, помогите, в последний раз…

Но проем оставался все таким же узким, и дышать становилось все труднее. Еще немного, и задохнусь, потеряю сознание, проиграв эту битву с камнем и жизнью, которая вновь и вновь пинала меня.