Женаты поневоле

Причем довольно прицельно и больно. Язык у него острый и ядовитый.

- К чему нам ругаться? Подумай сам - мы оба заложники этой ситуации.

- О, нет, дорогуша. Между нами есть довольно существенная разница, - зло цедит он. - Ты просто расплачиваешься за собственную дурость, а я вынужден плясать под дудку твоего папаши, чтобы не подставить своих близких. Так что заруби себе на носу, алмазная принцесса, мы с тобой не одна команда. И никогда ею не станем.

- Сейчас не так важно, как мы попали в эти условия, важнее то, что отказаться уже нельзя. Придется идти до конца.

Адамиди смеривает меня презрительным взглядом. И молча уходит."

"Я же обессилено сажусь на диван, закрываю лицо руками и тихо плачу. Вот как? Как найти к нему подход? Отец уже звонил вчера уточнить, как все прошло на выписке. Держит руку на пульсе и невзначай упомянул, что мама сегодня чувствовала себя неплохо. Знает, куда давить. И я подчинюсь. Потому что она не должна пострадать из-за меня. Мне придется наступить на горло себе и пойти уговаривать Мирона.

Потому что пункт про наследника отец тоже упомянул не просто так. А у меня…

Те самые дни. Когда и нужно пробовать…

Господи, звучит-то как - пробовать сделать ребенка.

Мне тошно от того, что все происходит так. Что мы оба заложники ситуации. Я это понимаю, но все равно поведение Мирона больно ранит. Я могу сколько угодно огрызаться с ним, но правда в том, что все его слова бьют точно в цель.

И несмотря на это мне придется сейчас взять себя в руки и пойти к нему наверх. Я надеялась, что за пару дней он отошел, успокоился, и мы сможем спокойно общаться.

К сожалению, это не так. И я понятия не имею, как он отреагирует сейчас на мои слова про благоприятные дни. Напиться бы для храбрости, но ведь это плохо для будущего ребенка.

Лишь спустя почти час набираюсь смелости, чтобы снова оказаться у спальни мужа. Быстро поднимаю руку и открываю в дверь. Все. Пути назад нет. Пора сдаваться…

- 35 Варя -

Мирон явно не ожидает моего очередного визита. Непонимающе смотрит, и с каждой секундой все больше мрачнеет, злится.

- Что еще взбрело в голову этой сушеной вобле?

- Ларисе? Нет, она уехала. Я не по этому поводу.

- Да? А что тогда?

Краснею и опускаю взгляд в пол.

- Я была у врача. Ну, гинеколога. И в общем… Она сказала, сейчас благоприятные дни.

- Для чего?

Муж явно не собирается облегчать мне задачу. Даже если и понял о чем речь, то виду не подает.

- Чтобы забеременеть.

Слышу циничное хмыканье. Но взгляд поднять - выше моих сил. Пусть смеется, пусть. Мне главное сделать то, что требует отец.

- Ну раз так… Раздевайся, жена.

Молча начинаю расстегивать пуговицы на сарафане. Понимаю, что вряд ли чем-то удивлю Адамиди, но все равно жутко стесняюсь.

- Трусы тоже, - командует муж. Я постараюсь почти голой, щеки горят. - Вставая на постель.