Запасная жена

Стоим, оба тяжело дышим и смотрим друг на друга.

Он подносит ладонь к наливающемуся фингалу под глазом.

– Больно? – спрашиваю я.

– Больно, – сквозь зубы цедит мой муж.

Он понимает, что я спрашиваю не про фингал.

Сейчас я вижу в его глазах отражение тех же эмоций, которые сама испытывала недавно. И испытываю до сих пор!

Я слышу, как хлопает входная дверь. Кирилл ушел. Деликатно оставил нас одних.

Хороший мальчик. Сообразительный.

– Ты дурочка, – говорит Максим. – Ты зря это сделала…

– А ты не зря?

– Тебе самой будет тошно!

– Как тебе?

– Да! Я ужасно жалею обо всех своих ошибках.

– А я не жалею. Я хотела, чтобы тебе было очень-очень больно! Чтобы у тебя сердце так же разорвалось на кровавые куски, как у меня!

– Ты… – начинает Максим. Но я не даю ему и слова вставить.

– Ты изменил мне! Ты спал с другой женщиной за моей спиной. У себя на работе! А потом приходил домой и обнимал меня… Ты сделал ей ребенка!

Кажется, у меня истерика. Я кричу и не могу остановиться.

Я знаю, что зашла слишком далеко, позволив Максиму думать, что у меня что-то  было с другим мужчиной.

Но во мне проснулась стерва и садистка.

Мне приятно видеть боль в его глазах. Пусть знает, что я пережила за эти три дня! Пусть почувствует это!

– Я не изменял тебе, – глухо произносит Максим. – Во всяком случае, сознательно. А ты…

Я вижу, как он сжимает кулаки и стискивает зубы. На секунду мне даже кажется, что он хочет меня ударить.

Да нет. Максим на это не способен. Я его знаю.

Он делает шаг в сторону. Идет в прихожую.

Снова хлопает входная дверь. И раздается еще какой-то звук. Как будто Максим со всей дури залепил кулаком в стену.

А я сползаю по стенке…

Чувствую себя ужасно. Меня тошнит.

Мой муж прав. Мне тошно от всей этой ситуации.

И это минутное садисткое удовольствие от созерцания его боли… Оно, на самом деле, не принесло облегчения.

Глава 40

Максим

Я не ушел! Я просто вышел на воздух – проветриться. Потому что боялся, что у меня окончательно сорвет крышу. И я потеряю контроль. Как потерял его при виде того накачанного суслика…

Он, кстати, куда-то испарился.

Ушел, когда мы с Никой начали разговаривать. Понял, что встрял в семейные разборки, и свалил.

Кто он?

Что у него было с моей женой?

Она была в полотенце… Но я не могу поверить, что она с ним спала. Просто не могу.

Это не похоже на Веронику.

Она не такая!

Я ее знаю."

"Правда, сейчас она сама не своя. Такой яростной я ее раньше никогда не видел. Ей больно… Очень больно. Я знаю, что она чувствует в последние дни. То же, что я чувствовал несколько минут назад.

Ревность, сжигающую изнутри. Боль от предательства. Отчаяние от того, что наши отношения превратились в этот кошмар и ничего нельзя вернуть…

Поэтому – она могла сделать это мне назло. На эмоциях.

Блин.