Запасная жена

И теперь я точно знаю, почему он не вернулся домой.

Наверное, Диана торжествовала. Остался с ней на ночь. Впервые забил на жену. Может быть, как раз в тот день узнал о ее беременности…

Зачем я занимаюсь этим дурацким расследованием? Зачем сыплю соль на рану?"

"Не знаю…

А что мне делать? Сидеть и ждать Максима, чтобы выгнать его из дома?

Это какое-то безумие.

Какое-то больное кривое Зазеркалье…

Я вдруг вспоминаю свой разговор с Катей. И ее слова: я бы тебе сказала…

Беру телефон и звоню ей.

И сразу, с того момента, как Катя говорит: “Алло”, я понимаю, что ей есть, что мне рассказать.

– Помнишь, ты обещала быть честной со мной? – начинаю я безо всяких вступлений.

– Помню.

– Ты знаешь, почему я звоню?

– Догадываюсь…

– Расскажи мне все, что знаешь.

Катя вздыхает.

– На самом деле, я знаю очень мало. Ведь мы с Русланом не поехали тогда на шашлыки.

– А что там было?

– Девчонки рассказали, что внезапно появилась Диана. Ее сто лет никто не видел. И никто не знал, что она уже давно в городе…

– Давно?

– Я не знаю, когда она вернулась.

– Никто не знал… – повторяю я. – Очевидно, кроме Максима.

– Кроме Ани точно. Это она ее привела. А Максим…

– Что?

– Меня там не было, – пытается уйти от ответа Катя.

– Рассказывай, что слышала.

– Они танцевали вместе. Она висела на нем. Это было отвратительно. Говорят.

Очевидно, Катя что-то не договаривает. Смягчает. Боится меня ранить… Я чувствую это.

– Говори все. Мне нужна правда!

Катя вздыхает.

– Я не уверена, что это правда.

– Катя! Пожалуйста.

– Мне Маринка вчера рассказала. Она услышала от Ани. Якобы, когда все уехали, Макс с Дианой закрылись наверху… Но Анька может и приврать! Она лучшая подруга Дианы. Она вечно лезет, куда не надо… Знаешь, все девчонки в один голос сказали, что к ним с Лехой больше ни ногой.

Я молчу.

Это так мерзко! Вдвойне мерзко то, что все это происходило на глазах друзей Максима. И все они сейчас сплетничают о нас.

– Не делай преждевременных выводов, – произносит Катя. –  Сначала поговори с ним.

– О чем?! – почти кричу я.

– О том, что было и чего не было.

– Если бы ничего не было, он бы рассказал мне о ней. О том, что она вернулась. Что они виделись. Раз молчит – значит, есть, что скрывать.

Максим

Ника иногда болтает во сне.

Вот и вчера… Я не знаю, что ей приснилось. Но я чуть не рехнулся, когда она выдала ту фразу. “А как ты называешь ее?”.

Я сразу решил, что она говорит о Диане. Что она все знает.

Но Ника снова закрыла глаза. Начала бормотать что-то невнятное. Явно с кем-то ругалась… Плохой был сон. Я обнимал ее, чтобы он от нее отвязался.

А утром она дрыхла, как младенец. Как сердитый, чем-то недовольный младенец. Хмурилась во сне… Но не проснулась, даже когда я споткнулся о чемодан и с грохотом растянулся на полу.