Жена в подарок

— Разве на брачном рынке принцессы не ценны?

— То есть вы вполне допускаете, что вы — товар? Тогда чем вас так оскорбило сравнение с игрушкой?

Уел, сволочь.

На миг я опешила, но быстро взяла себя в руки.

— Вы считаете странным тот факт, что принцессы с детства знают, что их брак, скорее всего будет политическим? И полагаете это игрой?

Муж нахмурился, но молчал, а я продолжила.

— Когда достигается мир, лучшие условия для жизнедеятельности подданных и на кону стоит их благополучное будущее — это не игра, Антарес, это жизнь, где разменной монетой является судьба одной принцессы. Одна жизнь против миллиона, а то и больше. И если принцесса дура, то будет топать ножкой и противиться уготованной участи, если же у нее в голове не ветер, то она сделает все, чтобы стать достойной женой и как минимум другом тому, кто получит ее руку и сердце.

Я улыбнулась. Да уж, никогда принцессой не была, и начинать не стоило. Бедные они, все-таки, девочки. Не жизнь, а сплошные ограничения и ответственность за тех, кто доверил свои судьбы правящей династии. Впрочем, Данаэль была дурой. И ее брат очень разумный молодой человек, он явно видел, что на политический брак его сестра не годна. Не удивлюсь, если он предполагал повыгоднее продать себя. Все же король…

Но вот в чем он ошибся, так в разумности сестры и в том, что честь для нее оказалась совсем не на первом месте.

— Мы не выбираем в какой семье нам родиться, но гордо несем имя нашего рода, принимая и ограничения, и, если это необходимо, унижения, лишь бы сохранить и приумножить величие своего рода.

Да, мы и правда не выбираем кто станет нашей родней. Но выбираем кем нам быть и к чему стремиться. Кровь, конечно, не водица, однако, если родственники деградируют, это не значит, что нужно становиться на их уровень регресса. Не всегда можно помочь, иногда разумнее отступить, чтобы и самому не сорваться вниз. И не тянуть лямку за себя и всех, кто не желает выбираться из дерьма, а предпочитает жить девизом: Меня пожалеют и все сами дадут.

Я сирота, которая из кожи вон лезла, чтобы занять достойное место в огромном мире. Я могу однозначно сказать, что у меня получилось занять свою нишу. Я не лгала Антаресу, говоря о роде, этот мир, в котором я очутилась зиждется на кланах-родах. В воспоминаниях Данаэль очень много уделяется вопросу кровнородственных отношений. Просто эта девочка поставила себя на первое место, не подумав о том, что к большой власти прилагается большая ответственность. Нравится пользоваться всем, что давал статус принцессы, будь добра тоже жертвовать ради тех, кто, по сути, тебя и содержал.

Я это понимаю, и честно говоря, не особо радуюсь. Однако могу со стопроцентной уверенностью сказать, что от барка с повелителем фэлроу человечество этого мира выиграет.