Жена в наследство. Книга 2

А потом меня неожиданно провели за тонкую ажурную стенку из дерева и усадили в кресло с высокой спинкой, подлокотники которого были выполнены – один в виде солнца, а другой в виде луны.

– Вам нужно пролить кровь на Око Хельда. И слушать, что он скажет вам, – проговорила над ухом Ханна.

Я кивнула и приняла от неё небольшой кинжал, не забыв внимательно к нему присмотреться. Показалось, на нём знаки, похожие на те, что были на кинжале, который я обнаружила в своей руке, когда пришла в себя в этом мире. Но могло и померещиться, ведь тот клинок я не успела разглядеть до мелочей. А затем он быстро оказался у Хилберта.

От понимания, что на нём могут быть опасные символы, стало горячо в груди. Но вдруг пришла мысль, что, возможно, это и станет первой ступенькой на пути домой. Понять бы только все эти хитросплетения ритуалов и заклинаний, которые привели к тому, что случилось со мной…

Я ещё мгновение помедлила и провела лезвием по ладони, там, где ещё остался след от предыдущего пореза. Ну что ж, Хельд, не подведи. Ты же всё-таки Светлый. Хотя в этом мире я начинала сомневаться в правильности привычной палитры.

Поначалу ничего не происходило. Моя кровь медленно текла из пореза по гладкому шару Ока. Яркими красными полосами обрисовывала его, обхватывала, словно шупальцами. Я смотрела на её неспешное течение, совсем не ощущая боли в ладони, которую охлаждал белый камень. Служительницы напевали что-то, а в лицо и на открытые части рук брызгала слегка липкая влага, которую они набирали из неглубоких мисок длинными кисточками и стряхивали на меня. Я старалась не думать, что это, но по запаху и виду жидкость напомнила незабвенный сок шадрумы. Наверное, он нужен, чтобы ввести меня в некий транс – только «дозировка» совсем другая. Неожиданно вторая рука начала нагреваться. И только через долгие и долгие минуты я ощутила, что кожа моя как будто приклеилась, расплавившись, к Тёмному Оку. Дёрнулась, вскрикивая то ли от страха, то ли просто от неожиданности, и провалилась в забытьё.

– Что с тобой творится, Поля? – ввинтился в мозг вопрос.

Хороший, кстати, вопрос, который я даже попыталась осмыслить в первый миг.

Но тут же поняла, что задали его не совсем мне. Я поморгала, пытаясь согнать туманную муть, что стояла перед глазами. И с каждым мигом видела всё отчётливее комнату-студию в нашей с Антоном квартире. С той самой точки, с которой наблюдала за ней в прошлый раз. А ведь и не надеялась уже, что снова смогу заглянуть сюда.

– Что со мной творится? – Я едва не поморщилась от капризных нот в голосе девицы, которую уже странно было принимать за себя: настолько отвыкла. – После всего, что случилось, я имею право на негодование. Эта баба всю душу из меня вынула своими запросами! То ей не так, это ей не эдак.