Жена со скидкой, или Случайный брак

Его невозможно обнаружить — увидеть, ощутить, снять, пока тот, кто его носит, сам не пожелает. Так, по крайней мере, говорят… Я думала, преувеличивают, оказалось — нет… Невероятно.

Женщина покачала головой, прерывисто вдохнула, и произнесла уже другим, деловым, оценивающим тоном:

— Он заряжен?

— Почти пустой, — призналась я. — Но на замок должно хватить… Надеюсь.

Сжала светоч в кулаке — на мгновение, не больше. Произнесла:

— Яна. Меня зовут Яна. На всякий случай, вдруг понадобится. И, знаешь, давай на «ты»…

И приложила артефакт к призрачной двери.

Некоторое время ничего не происходило. У меня даже в висках закололо от напряжения, а Кармела вообще превратилась в статую — кажется даже не моргала и не дышала.

А потом, когда в душе снежным комом стало нарастать отчаяние, послышался отрывистый, рваный звук, словно лопнула до предела натянутая струна. Дверь изгнулась, взвизгнула, как живая, и начала блекнуть, растворяться в воздухе, открывая проход.

В зал мы с Кармелой шагнули вместе — плечом к плечу. Настороженно огляделись."

"Узкое, прямоугольное, плохо освещенное помещение без окон, похожее на склеп или на глубокий колодец. Пол, выложенный плитами, голые каменные стены, скрывающийся в темноте высокий потолок. Мрачно, холодно, пусто — лишь в глубине комнаты клубится какой-то сизый туман, пряча от взгляда противоположную стену.

Брыг…

Я бросилась вперед, моментально угадав, кто находится там, за густой вязкой пеленой. Тяжелое облако заворочалось, увеличиваясь в размерах, брызнуло во все стороны грозовыми искрами и потянулось ко мне хищными лентами-змеями. Смять, уничтожить, сокрушить.

— Брыг, миленький, это я. Яна

Голос провалился в клубы дыма, как в вату, затерялся там, беспомощно стих. А туман продолжал надвигаться. Угрожающе навис сверху, коснулся шеи мертвящим холодом и внезапно замер. Будто прислушивался.

— Брыг!

И туман дрогнул. Нехотя отступил к стене, сжался, очерчивая контуры знакомой лопоухой фигуры.

Брыг лежал в углу бесформенной серой тряпочкой — такой маленький, беспомощный, жалкий, что у меня сердце зашлось от жалости. Не двигался, не подавал признаков жизни, но, когда я подбежала, чуть заметно шевельнулся, медленно открыл глаза и даже усмехнулся.

— Видящая… Нашла… Я звал. Верил. Хозяин закрыт. Гхар тоже. Даже ба... А тебя я чувствовал… Далеко, но чувствовал.

— Я тоже тебя чувствовала, — заверила торопливо и подхватила его под спину, помогая приподняться, опереться на стену.

— Вот. Я и говорю: страшные вы существа — видящие. Везде нас отыщете.

Дух попытался засмеяться, но лишь судорожно закашлялся.

— А где хозяин? — просипел он, отдышавшись.