Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Не зря Сапфир лично сколдовал сложный портал, смотался в Эльхан и, прикинувшись обычным фамильяром, приобрел их в специальном фирменном магазине.

— Это просто божественно! А если от них не толстеют, то божественно втройне! — облизнулась Норна. — А у тебя еще нет?

— Может быть, мне еще пришлют из Эльхана пару коробок, — обнадежила я.

И тут дверь комнаты открылась — на пороге показался большой букет алых роз. А затем и парень в форме курсанта, который держал его в руках, словно бы прятался за ним.

Это кто же у нас тут цветочки-то принес, а главное, кому?

ГЛАВА 45

Звали этого парня Поклеван Дунбар, и в очереди на звание главного лузера академии он шел следующим после меня в образе Бьянки.

Поклеван был бы первым, если не его уникальное воплощение, с помощью которого он мог узнавать природу различных веществ, органических или неорганических — правда, ради этого ему приходилось пробовать их на вкус, б-р-р-р!

Для этого Дунбар обращался в огромного, жирного, истекающего жижей слизня, покрытого маленькими ресничками.

Затем ему стоило попробовать на вкус, например, оставленный преступником след, и тут же выдать об этом преступнике какую-нибудь информацию.

Желудок Поклевана мог проанализировать, а потом переварить все, что угодно!

Парню уже прочили карьеру знаменитого криминалиста. Правда, учитывая его воплощение и достаточно простое происхождение, особой популярностью Поклеван у девушек не пользовался. Да и парни отказывались с ним дружить.

Слизняковая природа накладывала свой отпечаток, и когда он был не в воплощении.

Дело в том, что Поклеван был до ужаса неопрятен.

Тучный, плохо пахнущий, он крайне редко мылся и стирал свои вещи. Его форма вечно была в каких-то крошках, пятнах от соуса и еще бог знает от чего.

За неопрятность он получал выговоры, после которых таки доползал до душевых, но затем все повторялось вновь.

Поклеван даже по утрам не умывался, а чистку зубов считал и вовсе обременяющим и крайне бесполезным мероприятием.

Но самое интересное, этого товарища угораздило влюбиться в мою сестрицу Антонию.

Поначалу он просто, сидя в сторонке, вздыхал и томно смотрел на нее. Но постепенно уже перешел к более активной фазе ухаживаний — цветам и подаркам.

Вот и сейчас, помимо цветочков, явно добытых в оранжерее, Поклеван положил перед Тони шоколадку.

Судя по обшарпанному виду плитки и каким-то подозрительным маленьким дырочкам в ней, лучше было не знать, откуда он ее достал, и что в ней обитает.

Робкие, но регулярные ухаживания Поклевана жутко раздражали Антонию, которая при его появлении кривилась от отвращения. Не о таком поклоннике она мечтала.