Жена самурая (СИ)

— Здравствуй, Наоми, — он улыбнулся ей одними глазами и опустил Кенджи на футон. — Как ты?

За вопросом, по обыкновению, скрывалось гораздо больше, чем можно было подумать, услышав его со стороны. Наоми мимолетно опустила ресницы — на бледных щеках затрепетали их длинные тени — и с преувеличенной бодростью отозвалась:

— Прекрасно. Раздумываю, не присоединиться ли мне к приветственному ужину.

Такеши молча вскинул бровь: вот как? Жена писала ему, что плохо себя чувствует и не может из-за своего состояния в полной мере заниматься подготовкой свадебной церемонии Хоши, и большую часть обязанностей ей пришлось переложить на Ханами.

Рождение двух сыновей далось ей нелегко. Пережитые потери и долгий прием отравы подточили ее здоровье. Наоми часто чувствовала слабость и была вынуждена проводить многие часы, лежа на футоне, чтобы восстановить силы.

Но вместе с тем сыновья вдохнули в нее и новую жизнь. И никакие слабость, усталость и головные боли не могли заглушить свет ее глаз.

— Я бы спросила, как прошла твоя поездка, но Таро уже рассказал мне о главном. Он побил младшего сына нашего Сёгуна.

— Он с ним подрался, — отозвался Такеши, выделив голосом последнее слово.

У мальчишки до сих пор не сошли с лица оставшиеся после той стычки синяки. А он все еще не знал ее истинных причин и главного виновника, хотя и наказал Таро.

Сын смотрел на него несчастными глазами: он не собирался рассказывать о драке, но так хотел увидеть матушку, что совсем забыл придумать правдоподобную ложь про ссадины, и когда она спросила, не сумел ее обмануть.

— А я вел себя хорошо, отец! — Кенджи поспешил привлечь внимание Такеши.

Таро с неодобрением покосился на младшего братишку. Хвастовство у их отца было не в почете, и Кенджи буквально напрашивался на долгую отповедь о том, что настоящий самурай не должен говорить о своих достижениях вслух.

Но, кажется, отец пребывал в слишком хорошем настроении, вернувшись домой, потому что лишь посмотрел на младшего сына, не став того отчитывать.

— Я обязательно спрошу об этом у твоих наставников, — пообещал Такеши, и маленький Кенджи внезапно смутился, опустив голову.

Наоми вновь рассмеялась и взъерошила ему волосы.

— Кенджи старался вести себя хорошо,

— Таро, Кенджи, ступайте, — Такеши повел головой в сторону дверей. — Таро, свадебная церемония Хоши не отменяет твоего наказания.

Старший сын кивнул, закусив губу, торопливо поцеловал руку матушки и ужом выскользнул из комнаты. Кенджи понесся за ним следом вприпрыжку, и вскоре по коридору разнеслось гулкое эхо их быстрых шагов.

Наоми проводила сыновей долгим взглядом и посмотрела на мужа.

— Я запретил ему присутствовать на ужине сегодня и завтра.