Жена проклятого князя

– Любящая семья, говорите, – капитан нахмурился. – Она оставила мне дочь. Ей завтра исполнится месяц, и она никогда не узнает матери. Это несправедливо!

Словно в ответ на его слова за окном сверкнула молния, потом еще одна, и через секунду загрохотало.

– Как близко, – поежилась Матильда и подставила бокал. – Мир вообще несправедлив и непредсказуем. Но вы любите свою дочь и сделаете ее жизнь счастливой. Некоторым не достается ни матери, ни отца. А некоторым – детей. Вы счастливчик, сэр Джеймс Говард, капитан «Драккара» и королевских гвардейцев. У вас есть дочь и есть память о счастье. Ведь вы были счастливы?

– Да. Целых четыре года.

– Спасибо морским дьяволам, да?

– Хм… а вы правы, Тиль. Если бы дьяволы были не такими кракеновыми детьми, мы с Агатой бы не встретились.

– Расскажите о ней, капитан.

– Джеймс. Называйте меня по имени. Вы чем-то похожи на Агату. Она тоже любила вуали…

Наверное, с полчаса капитан Драккар, мешая франкский и бриттский, рассказывал. То ли Матильде, то ли полному бокалу он говорил о прекрасной любви, о том, как ради Агаты принял предложение императора и остался во Франкии…

– Почему император сделал капитаном вас, бритта? Насколько я вижу, во Франкии не слишком жалуют иностранцев."

"– Вот поэтому его величество и выбрал меня, младшего сына разорившегося бриттского лорда. Я обязан ему всем.

– И будете верны, что бы ни случилось, – кивнула Матильда.

– Буду верен по доброй воле, а это дорогого стоит. – Капитан Драккар словно впервые увидел свой бокал, хмуро отпил сразу половину. – А вы, мадемуазель, как оказались в столь странном месте?

– Так получилось, – пожала плечами Матильда. – Девушке без семьи, денег и связей непросто в этом мире.

Капитан понимающе кивнул, а Матильда задала встречный вопрос:

– А вы, капитан? Сдается мне, вы здесь не в первый раз.

– Так получилось. – Он почти по-человечески улыбнулся. – Будете смеяться, но меня привел сюда брат Агаты. Она была неземным, воздушным созданием. Светлый ангел. А я – обычный мужчина, мне иногда нужно что-то более плотское.

Матильда невольно вздрогнула, представив, как нелегко пришлось и живому здоровому мужчине, и неземному болезненному созданию. И, судя по новой волне тоски в глазах капитана, он отчаянно жалел, что поддался зову плоти и сделал супруге ребенка, рожая которого, она умерла.

– Лучше бы я ходил сюда чаще. – Он сжал кулаки и нахмурился. – Лучше бы я любил Агату издали, был ей только другом…

– Не вините себя, Джеймс. Вы не могли знать.

– Мог. Должен был. Она не хотела плотской любви, но считала, что должна. И я не сумел убедить ее. Маленькая нежная Агата, когда она считала себя правой, ее не могла переупрямить и сама Мать Тьмы. А вы… вы даже реагируете почти как она.

– Это все гроза, – соврала Матильда.