Жена проклятого князя

– Снимите маску! Докажите, что вы – благородный шевалье! Позовите гвардейцев! Это нарушение уложения! Маску долой!

Проклятье, проклятье! Они же заставят его снять маску, теперь даже Морис не успокоит разошедшуюся толпу! И его тут же узнают, а дальше – новая анафема и костер… Что же делать?!

«Снимать маску, – внезапно отозвался Шарлемань. – Спокойно. Без спешки, но с максимумом презрения. Они не увидят лишнего».

«Опять твои штучки, как с клятвой?» – Андре не смог скрыть облегчения и надежды."

"«Не совсем они, но близко. Просто помни, что ты – не Андрей Волков, а барон Грасси. Снимай, не дожидайся, пока ее сдерут силой».

– Замолчите уже, господа, – велел Андре, наплевав на титулы и последствия. – Требование ваше абсурдно, но раз уж…

«…Вам так любопытно взглянуть на мой шрам…»

– …взглянуть на шрам, будь по-вашему. Только попрошу дам отвернуться.

Толпа замолкла в ожидании. Никто, разумеется, не отвернулся. Некоторые дамы лишь прикрылись веерами и устремили на него горящие любопытством глаза.

– Что тут происходит, господа? – Морис буквально растолкал потерявшую разум толпу. – Мой друг показывает фокусы?

– Сир, господа всего лишь желают немного пощекотать нервы.

– Мой друг – не дрессированный медведь, чтобы развлекать вас. Что? Вы что-то сказали, виконт?

О светлые небеса, да виконт – самоубийца. Вякать, когда Морис хмурится!

Тем не менее, он вякнул что-то о нарушении уложения, самозванце и подлом обмане их высочества. Толпа снова заволновалась в жажде кровавого зрелища: если не удастся растерзать Черного Волка, то хоть идиота-виконтишку. Но лучше – всех, всех!

– Сир, – Андре чуть поклонился Морису, – вы сомневаетесь во мне?

Морис не успел ответить, как раздался другой властный голос.

– А я бы хотел увидеть ваше лицо, шевалье Черный Волк. – Толпа пропустила герцога Конте. – Вы же не возражаете, ваше прекрасное высочество?

Поединок взглядов длился мгновение, другое – и Андре с удивлением понял, что Морис сумеет отстоять его инкогнито. Поссорится насмерть с одним из своих сторонников, но друга на костер не отдаст.

– Сир, это такая мелочь, право, – словно в ледяную воду головой бросился Андре. – Всего лишь шрам. Дамам любопытно.

– Ах, дамам любопытно… – протянул Морис, переводя взгляд на Андре.

В этом взгляде явственно читалось: ты с ума сошел, идиот!

– Если вы позволите, сир, – и Андре потянулся к завязкам.

Ему было страшно, как будто под ним уже разложили хворост, а он сам сейчас подносит факел для собственного сожжения. Но раз Шарлемань обещал, что все получится – значит получится. Он доверяет учителю. Тем более если его сожгут, то и Шарлеманя вместе с ним.

Разочарованный и одновременно восторженный вздох пронесся по толпе, стоило маске упасть.