Жена повелителя эльфов

 — Нужно понять, как преодолеть этот чертов барьер! Что в прошлый раз мы еще делали такого особенного?

— В тот день мы задействовали нашу связь, — последовал ответ Тайронира.

Что любопытно, хоть его голос и звучал совершенно спокойно, тело выдавало, что повелитель совсем не так невозмутим, как хочет показаться. Мне надоело сворачивать шею, чтобы заглянуть ему в глаза, и я повернулась, сев в пол-оборота.

Ага, точно. Мы поцеловались, а потом появились наши венцы, я создала щит, и Тайронир сказал, что между нами связь. На балу мы вовсе общались без слов.

Наверное, надо повторить?

Меня одолела неожиданная робость. Я сидела на коленях у собственного мужа, смотрела в его темно-синие глаза и не решалась поцеловать его.

Ну да, тут еще некстати в голову полезли мысли о Валере. Он ведь тоже вроде как мой муж. Хотя во всех брачных клятвах присутствует фраза «пока смерть не разлучит вас»… Нас разлучила.

Не знаю, сколько бы я стеснялась и что было бы дальше, если бы Тайронир не взял инициативу в свои руки.

Первый его поцелуй был очень осторожным и полным нежности. Он словно бы спрашивал у меня разрешения и давал возможность отстраниться, отступить. Но мне не хотелось больше избегать его.

Тело, которое соскучилось по близости, душа, что жаждала ласки и нежности, и разум, который неожиданно стал настаивать на страсти — все части моего существа действовали в едином порыве и согласии друг с другом. Поцелуи повелителя становились все настойчивее, где-то краем сознания я понимала, что его руки уже давно под моей одеждой, что голова уже окончательно перестала соображать, а контроль давно улетучился.

И дело было, конечно же, не в том, что я отдала себя во власть повелителя. Я истинно хотела в этот момент быть с ним, отдаваться ему, чувствовать наслаждение и страсть, что мог дать только он.

Словно издалека я слышала собственные стоны, вздохи и прерывистое дыхание. Книги и бумаги полетели на пол, когда Тайронир усадил меня на стол и продолжил неистово ласкать. Еще никогда мне не было так хорошо. Все перестало иметь значение, кроме настоящего и момента нашего единения.

Я, наконец, разобралась с тем, как именно распутывать хитрые шнуровки на его одежде, помогая ему избавиться от всего того, что мне мешало ощущать и ласкать его тело.

Между нами и вокруг клубились искристые силовые нити магии, но мне было все равно, что именно означает тот или иной зеленый или синий узор. Все, что угодно, лишь бы нам сейчас не мешало.

Но на пике величайшего наслаждения грянула особенно яркая вспышка света, что затопила все пространство вокруг радужным сиянием. Хорошо, что глаза были закрыты, но и сквозь веки виднелись разноцветные всполохи, до которых, впрочем, мне не было в этот момент никакого дела.