Ты жена мне, помнишь?

И меня не радуют результаты, – мрачно поджимает губы Федерик. – Судя по отчётам моих людей, он совершенно не участвовал в судьбе своей воспитанницы. И уже многие годы вёл затворнический образ жизни, избегая общения с людьми. Особенно с собственной сестрой, которая и воспитывала Анну единолично. После того, как Иезенния исчезла, мои люди снова наведались к нему, но он… в несколько невменяемом состоянии.

Что значит, в невменяемом? Это как понимать?

Но большего Федерик рассказать не успевает. Мы как раз подходим к массивной двустворчатой двери, густо оплетённой светящейся паутиной заклинаний. Кажется, я их ещё чётче и ярче стала видеть в последнее время. Научиться бы такие плести.

Муж подходит к двери, что-то магичит, хмурится настораживаясь, но слышится щелчок и высокие обитые железом створки медленно открываются перед нами. Федерик запускает вперёд что-то весьма напоминающее сеть, прислушивается пару минут и только после этого удовлетворённо кивает. Зажигает светлячок, подбрасывая его в воздух, и позволяет мне войти в очередной ещё более тёмный коридор. И сам заходит со мной.

Дверь позади с гулким и каким-то роковым грохотом закрывается. И я застываю, тревожно всматриваясь в густые тени, которые не способен разогнать один маленький огонёк.

– Не бойся. Тут безопасно. До ловушек мы ещё не дошли, – заметив моё состояние, уверяет муж, уже совершенно привычно обнимая за талию. И подталкивая дальше. К следующей двери.

– Каких ловушек? – настораживаюсь я.

– Магических, – хмыкает муж. – Боишься? А так рвалась исследовать семейный архив Мораду. Без меня ехать собиралась.

– Конечно рвалась. Где я ещё возьму информацию про то, как обуздать свои силы? Ну и немного боюсь, да, – издаю нервный смешок. Это место на меня действует угнетающе. – Не хочу быть продырявленной какой-то стрелой, или раздавленной между надвигающихся стен. Провалиться под пол мне тоже не улыбается.

– Боги, откуда такие предположения? – Федерик даже останавливается, чтобы удивлённо посмотреть на меня.

– Приключенческих книг в детстве перечитала. И фильмов насмотрелась о всяких расхитителях гробниц.

– Что такое фильмы? – вскидывает брови.

И вот попробуй объясни.

– Эм… это как спектакль. Актёры играют свои роли, специальные люди… запечатлевают изображение этого действа, а потом с помощью особых технологий дорисовывают всякие спецэффекты, и такие истории потом, как двигающиеся и говорящие картинки, демонстрируют в кинотеатрах по всему миру.

И не только в кинотеатрах, но принцып работы телевизоров я сейчас не готова объяснять."

"– Хм, как интересно, – задумчиво склоняет голову набок мой супруг. – Я знаю кое-что похожее. Артефакт запечатления, изобретённый одним гениальным артефактором из Сэйнара.