Жена по завещанию

Только сегодня Бес советовал организовать «нападение», чтобы Руслан мог «спасти» Чару… И пожалуйста! Куколка каким-то невероятным образом попала во двор его дома, и Руслан стал ее спасителем. И это в его объятиях она сейчас рыдает, позабыв о личной неприязни.

— Да ладно тебе… — Как и многие мужчины, Руслан не выносил женских слез. — Все же хорошо. Или где болит? Может, к врачу?

Отстранившись, Чара отрицательно качнула головой.

— В порядке все. Спасибо…

Еще одна странность. Чуть ли ни самая странная за последние дни. Чара умеет благодарить? Рассказать ребятам — не поверят.

Света фонаря хватало, чтобы любоваться заплаканными глазами, не подернутыми коркой льда. Мокрые ресницы вздрагивали, и сердце билось… с перебоями. Руслан не заметил, как переместил руку ниже, на упругую ягодицу. Чара тоже не заметила. Она всматривалась в его лицо, приоткрыв рот, как будто видела впервые.

— Может, все же зайдешь? — предложил он. — Умоешься, такси вызовешь. Могу проводить до метро, но мне надо одеться.

— Я хотела вызвать… там, на дороге… — Чара отвернулась, как будто смутившись. — Не успела выйти на улицу. Ты один живешь?

— Я тебя не трону.

Руслан и хотел бы обидеться, да ситуация не располагала. К тому же, в чем-то Чара права. После каждой встречи с ним она плачет.

— Не в этом смысле, — усмехнулась Чара. — Боюсь ляпнуть что-нибудь… если ты не один. Условие о конфиденциальности.

— А-а-а… Ты спокойно можешь обращаться ко мне, как в клубе. Или по имени, если хочешь познакомиться.

— Оля. — Она первая протянула ему руку. — Ольга Чарская. Псевдоним от фамилии.

— Приятно познакомиться, Оля. — Он ответил на рукопожатие. — Руслан Бероев. Пойдем в дом?

Он мог бы поклясться, что она вздрогнула, услышав его имя.

Дождавшись согласного кивка, Руслан увлек Олю за собой, крепко держа ее за руку. Одной странностью больше, одной меньше… Это шанс наладить отношения с ледяной куколкой, только и всего.

07

Ольга давно усвоила, что спорить с мамой бесполезно. Бунт ради бунта, исключительно из упрямства, может привести к непредсказуемым последствиям. Раньше Ольгу поддерживал отец, но теперь мама вовсю пользовалась железобетонным аргументом, подавляя любой бунт в зародыше.

«Ты от меня зависишь, поэтому будешь поступать так, как я считаю нужным».

Ольга ненавидела эту фразу: и возразить нечего, и бесит так, что в ответ хочется громко хлопнуть дверью. Потому и научилась притворяться, что подчиняется маминым приказам. Свое тайное оружие, саботаж, Ольга скрывала так же тщательно, как походы в клуб к Эйре.

История с наследством показалась Ольге забавной, но помогать маме она не хотела. Правда, открыто возражать не решилась. Проще сделать вид, что все идет по плану, а потом поставить маму перед фактом.