Жена по обмену (СИ)

 — Я недооценил твою…

— Глупость? — уточняю я, осторожно касаясь повязки. — Только сумасшедшая кинется на вепря, не имея должной подготовки и опыта.

— Отвагу! — возражает он. — Только благодаря тебе жив Виллин. Я видел, как вепрь напал на него безоружного. Другая сати сбежала бы без оглядки. Но ты прирожденный воин, готовый сражаться за других, не думая о себе. Мне бы с десяток таких, можно было не бояться нападений из-за моря и разгонять враждующих магов и механиков одним взмахом руки."

"Похвалы мужа льются в мои уши сладчайшей музыкой. Кажется, этот момент окончательно сблизил нас. Наконец-то Хэл осознал, что женщины нужны не только для того, чтобы готовить еду, дарить удовольствие и рожать детей. Можно сказать, я поколебала представления Хэла о сати.

— Так набери себе женский отряд, — полусерьезно предлагаю и играю бровями. — Если что, я первая кандидатура. Вот только рука заживет…

Снова касаюсь повязки и морщусь. М-да, был бы мозг, случилось бы сотрясение. А так — небольшая шишка на голове, да рука укушена.

Хэл присаживается рядом, всматривается в глаза. На лице его отражается такая забота, что у меня ком подкатывает к горлу. Позабыв о гордости и желании держаться как можно дальше и как можно дольше, прислоняюсь головой к его груди. В мерном биении его сердца нахожу успокоение. Кажется, даже шишка на голове перестает о себе напоминать. Такой вот обезболивающий эффект обнаруживается у моего мужа.

— Уверена в своем лекаре? — спрашивает Хэл, обнимая обеими руками. Целует в макушку — так привычно, будто делал это всегда. — Может, стоит позвать Мируна? Лекарь Инке многое знает о своем деле.

— Анри тоже, — вяло возражаю я. — А вообще, лучше поцелуй еще раз, мне становится легче.

Вопреки ожиданиям, Хэл касается губами вовсе не макушки. И даже не щеки. Большим и указательным пальцами приподнимает мой подбородок, целует в губы с нежной настойчивостью.

А ведь я только хотела пошутить… Но не имею сил противиться.

Даже когда его ловкие пальцы расшнуровывают тесемки на сорочке, касаются шеи и груди, дарят пьянящее чувство восторга. Каждое его прикосновение отзывается сладкой истомой в низу живота.

— Ты так прекрасна, что я не могу больше ждать, — выдыхает Хэл.

Чего уж там, я сама пылаю страстью. Разумеется, можно списать все на юность тела Тамани. Игру гормонов, желание избавиться от девственности…

Но нет. Это я, Тамара, отзываюсь на его слова и движения. Я хватаюсь за его плечи, словно боюсь, что он передумает. Я выдыхаю его имя и трусь щекой о могучую грудь.

— Не жди, — сдаюсь и нисколько не жалею об этом. — Ты стал моим мужем благодаря случайности. Но имеешь все шансы стать единственным любимым.

Намек Хэл понимает с полуслова.