Жена по контракту

Арманд нажал тем временем на какую-то кнопку, и крыша плавно отъехала назад. Салон наполнился одуряющими ароматами леса, древесной смолы и лета. Я откинулась на обтянутый кожей подголовник, каждой порой впитывая радость текущего момента. Казалось: всё это происходит не со мной, не в моей жизни, а мимо пролетали, сливаясь в сплошную ленту, дома и деревья.

Рассвет медленно загорался в небе всеми оттенками розового, горизонт стремительно светлел, но я потеряла счёт времени. И так было правильно.

Я не знала, куда мы едем, не знала, где та финальная точка поездки, но Арманд всё гнал машину вперёд, сосредоточенно следя за дорогой, сворачивая куда-то, лавируя и обгоняя. И я не мешала ему, понимая, что эта поездка нужна Арманду больше чем мне.

— Ты спрашивала, кто этот мужчина, — вернул меня к действительности, останавливая машину в глухом переулке, где, кроме нас, не было ни единой души. — Его зовут Толик.

— Мне это ни о чём не говорит.

Арманд взял из бардачка пачку сигарет, закурил, выпуская в рассветное небо струйку дыма, и тот растворялся в воздухе, внося в него горечь и привкус сожаления.

— Он, скажем так, помощник Дмитриевского. Точнее ничего не скажу, прости. Подробности не для твоих ушей, но он уже лет двадцать работает на Женю… без трудового договора.

Так и знала, что Толик — бандит! То-то мне его физиономия сразу не понравилась!

— А в твоём доме он что делал? — осмелела я и тоже потянулась за сигаретой. Курила я в самых крайних случаях, но сейчас нестерпимо захотелось."

"Арманд глянул на меня искоса, но отговаривать травить организм не стал, лишь высек искру из массивной серебристой зажигалки, на корпусе которой два золотистых льва сплелись в древнем танце войны.

— Привёз подарок от Дмитриевского, — усмехнулся Арманд, переводя на меня тяжёлый взгляд. — И ещё у меня к нему одно поручение было. Толик надёжный, ему можно доверять, ну и связей и мужика столько, что разведка позавидует.

— Я услышала, прости… ты какого-то человека ищешь? — не унималась я, но мне жизненно необходимо было ухватиться за ниточки, чтобы связать всю картину воедино.

— Ищу, — кивнул, делая очередную затяжку, словно пытался оттянуть время ответа. — Но это пока неважно. Пока не найду, все разговоры бессмысленны.

Да уж, честность в понятии Арманда точно не синоним полной и безоговорочной откровенности. Впрочем, пускай — влезать под кожу мне не хотелось.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил Арманд, заметив моё замешательство. — Расскажи, почему пряталась.

Хотела тоже промолчать, мол, вся такая из себя загадочная, но мне нужно было поделиться хоть с кем-то тем, что так сильно тревожило, а иначе с ума можно было сойти.