Жена по контракту

— А если не расскажу, так и умрёшь голодная? — усмехнулся, присаживаясь напротив. — Вина, может быть?

— Наливай! — махнула рукой, а Арманд тихо засмеялся, поднимаясь с места и беря в руку бутылку тёмного стекла. Пара ловких движений и пробка осталась на острие штопора, а тёмно-рубиновая жидкость полилась в мой бокал.

Когда Арманд вернул бутылку на место, взяла бокал за тонкую ножку и сделала большой глоток. Во-первых, жутко пересохло в горле, а во-вторых, на трезвую я, похоже, не готова к таким разговорам. Вот напьюсь сейчас, начну громко песни петь, плясать на столе и творить разные непотребства, Арманд быстро перехочет на мне жениться.

— Главное, всю бутылку не прикончи, — раздался низкий голос над ухом, а я вздрогнула. Вот как у него получается двигаться настолько бесшумно?!

— Ты не оборотень, случайно? Не вампир?

— С чего такие выводы? — Не отходил, стоял совсем близко, а горячее дыхание щекотало мою кожу.

Мы балансировали с ним на грани, и стоило лишь за неё ступить, последствия никто не смог бы предугадать. А мне и хотелось, чтобы Арманд стал ближе, и страшно было настолько, что поджилки тряслись. И да, я боялась точно не его, а своей реакции."

"Никогда не думала, что практически незнакомый мужчина сможет настолько глубоко запасть мне в душу, что от мыслей о нём невозможно избавиться — они всегда и везде со мной, так или иначе. А ещё сны… которые с каждым разом всё откровеннее, а Арманд в них позволяет себе всё больше. И после них я просыпалась совершенно разбитой, с лихорадочно колотящимся о рёбра сердцем и… влажным насквозь нижним бельём. Чертовщина какая-то.

— Ни с чего… забудь, — отмахнулась я, силясь наделить предательский голос хоть какой-то твёрдостью, но он всё равно срывался.

Арманд вернулся на своё место — напротив — и, откинувшись на спинку стула, долго рассматривал меня. Ничего не говорил, о чём-то думал, а я изнывала от нетерпения, всем своим видом показывая, что вот прямо сейчас встану и уйду, если не расскажет, зачем затеял весь этот цирк.

И Арманд почувствовал моё состояние, как делал это не раз за время нашего короткого, но такого странного знакомства.

— Завтра вечером очень важный для меня ужин у Евгения Дмитриевского, — начал Арманд, а я чуть не поперхнулась вином.

— У Дмитриевского? — переспросила я, потому что совершенно не ожидала такого поворота событий.

Его знала в нашем городе каждая собака, даже дохлая. Владелец заводов, газет, пароходов — человек, сжимающий в стальном кулаке всё, до чего мог дотянуться.