Жена неверного маршала, или Пиццерия попаданки (СИ)

Хотят получать половину моей выручки! Такой низости я даже от тебя не ожидала.

Кайран нахмурился:

– Речь об инспекторе Мултоне ла Варе?

– Как будто ты не знаешь. Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы у меня получился мой бизнес, поэтому и ставишь палки в колеса. И все-таки я надеюсь, у тебя осталось хотя бы немного чести, чтобы перестать действовать такими грязными методами.

– Манон… – Кайран внезапно положил свою большую тяжелую руку на мою. – Я, наоборот, хочу, чтобы у тебя все получилось и готов помочь всем, чем ты только скажешь – деньгами, материалами, людьми.

– Помнится, ты говорил, что я бракованная и ни на что не способна.

– Я ошибался. И теперь расплачиваюсь за эту фатальную ошибку тем, что самая восхитительная женщина империи люто меня ненавидит.

Я молчала, не зная, что ответить на это.

Просто смотрела в его глаза, пытаясь найти там хоть какой-то намек на неискренность, насмешку.

Просто смотрела и не хотела ему верить.

ГЛАВА 51

Слишком хорошо я помнила все, что было, и что он сделал. Как отвратительно себя вел по отношению к Манон. И ко мне, когда я уже оказалась в ее теле.

Жизнь учила, что никому доверять нельзя. Особенно такому человеку, как Кайран Альберон.

Такие люди не меняются. Да, я понимаю, что сейчас я для него стала желанна, потому что стала недоступна. Он хотел мое тело. Хотел меня чисто физически.

Я видела, как сильно хотел.

Но в то же время, я чисто на интуитивном уровне почувствовала в нем что-то.

Что-то новое.

Перемена?

Возможно ли?

Кайран смотрел на меня без своего всегдашнего высокомерного выражения. Такое ощущение, что он просто смотрел и любовался. И даже касаться меня не нужно было ему.

Не нужно было принуждать к близости, что-то доказывать.

Словно он хотел принять меня такой, какая я есть.

Я понимала, что этот мужчина никогда бы не заинтересовался настоящей Манон. Не его она была поля ягода. Она ему не подходила.

И что, выходит, что теперь подхожу я?

Но я-то не хочу!

Нет!

Я великолепно помню о своей миссии и великой мести.

А еще о том, как Астрея пообещала со мной расправиться, если я не сдержу обещание.

Это была жуткая кара. По-настоящему жуткая.

Хуже, чем смерть.

Смерть в квадрате.

Но я не хотела об этом думать. Не могла думать сейчас…

Потому что смотрела на мужчину напротив себя, и понимала, что не справляюсь. Понимала, что хочется ему верить. Хочется разобраться в его чувствах, понять, почему он так себя вел.

Полагаю, не так-то все с Кайраном Альбероном просто.

И он не был обласканным родителями сыном, которого любили и опекали без меры.

Вот только…

Я не должна этим интересоваться. Что бы там у него не было – это его не оправдывает.

Иди ты к чертям собачьим, Кайран Альберон!

– Я тебя не ненавижу, Кайран. Ты мне просто безразличен, – сохраняя олимпийское спокойствие, сказала я.