Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

‌​‌‌– Отрадно это слышать, господин Макбрайд, – кивнул Кайзер, усмехнувшись уголком рта, и поднялся.

– Увы, но данная процедура по регламенту не может проходить без самого близкого родственника, которым для Максимилианы Роуэн на данный момент являетесь вы, – смущенно сказал доктор. – Я задержу вас еще совсем немного, полковник.

Кайзер неохотно кивнул и опустился в кресло.

– И да, доктор Макбрайд, после того, как эта женщина будет объявлена «блуждающей разумом», верните девичью фамилию, – проронил инквизитор. – Мне бы не хотелось иметь с ней хоть что-либо общее.

– О чем говорить? Разумеется, полковник! – угодливо закивал доктор. – Знаете, когда два года назад было объявлено о том, что вы женитесь на дочке придурошного Видаля, то общество было весьма шокировано. Даже моя жена сказала…

– Господин Макбрайд, начинайте, – резко перебил собравшегося разоткровенничаться доктора Кайзер.

– Да-да, конечно, с вашего позволения, начнем.

Что это они собрались начать?!

​‌​​ГЛАВА 8

Мне все эти разговоры про начало процедуры и «зеркало кристально-чистого разума» совершенно не понравились.

Ведь разум теперь у Максимилианы чужой, то есть мой.

Вдруг это зеркало увидит чего-то не того?

Два дюжих медбрата вкатили в комнату большое старинное зеркало.

Выглядело оно так ужасно, как будто пережило несколько бомбежек. Поцарапанная облезлая рама, потемневшее от времени серебро амальгамы, покрытое трещинами…

Но парни обращались с зеркалом, как величайшей драгоценностью.

Зеркало поставили прямо напротив стула, где я сидела, и велели мне рассказать о том, что я в нем вижу.

Я хотела задать парочку уточняющих вопросов, но почувствовала, что нема, как рыба.

Мерзкое чувство – меня снова лишили голоса!

– Ах, это… Не беспокойтесь, Максимилиана, ваш голос мы вам вернем, как только зеркало вас постигнет, – махнул рукой Макбрайд. – Таков порядок.

Оказывается, рассказать о том, что я вижу в этом замшелом зеркале, я должна была в письменной форме – мне принесли желтоватый лист бумаги и перо с чернилами.

И тогда я посмотрела в Зеркало кристально-чистого разума.

Что я там увидела?

Наконец-то я смогла во всех подробностях рассмотреть тело, в которое попала.

В зеркальной глади отражалась крупная неуклюжая девушка в уродской фланелевой ночнушке омерзительно-цыплячьего цвета.

Ее желтые волосы были начисто выжжены какой-то убойной дозой пергидроли и уложены в аккуратный по форме, но просто гигантский начес с загнутыми наружу кончиками, который выглядел просто нелепо, неестественно и не к месту.

Максимилиана слишком увлекалась разными экспериментальными составами для волос, некоторые из которых оказались просто убийственными.