Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

Но Амара ничего не могла с собой поделать.

Этой злобе, этой дикой ненависти, которая копилась внутри нее, должен был быть какой-то выход.

— Скучная старуха! Пошла отсюда! — крикнул какой-то жирдяй, кинул в нее гнилым помидором и попал.

Отвратительно пахнущая мякоть потекла по ее седым волосам, но Амара продолжала улыбаться.

Ведь Фу-манчи говорил, что надо улыбаться несмотря ни на что.

Толпа радостно заржала, и в нее полетела еще парочка тухлых плодов, которые посетители кидали с особым удовольствием.

Вся в гнили и томатном соке Амара натужно смеялась вместе со всеми, и тут…

Тут она увидела в толпе знакомое лицо.

Поношенный пыльный костюм, отечное лицо с красными глазами, жидковатые волосы, точно смазанные маслом…

Мердок.

Да, это был он. Прошлый управляющий поместьем Грэма, которого Амара назначила лично, а гадина Виола выгнала.

Мердок выглядел хуже, чем раньше — похоже, все это время злоупотреблял алкоголем, да и сейчас был изрядно навеселе.

И все-таки это был он. Человек из ее прошлой жизни.

Человек, у которого, в отличие от Амары, были развязаны руки.

Несмотря на подавляющую силу руны, кое-какой свободой Амара обладала, поэтому после представления смогла схватить Мэрдока и утащить его за фургон.

Повезло еще, что староста городка пригласил Фу-манчи на обед, и тот несколько ослабил контроль.

— Чур меня! — заорал Мэрдок. — Что тебе от меня нужно, образина?

— Что, не узнал свою бывшую хозяйку, Мэрдок? — проскрипела Амара.

— Что ты мелешь, старая?

— Я — Амара Шатопер!

— Сумасшедшая старуха!

Сплюнув, Мердок осыпал Амару грязной руганью и хотел пойти прочь, но Амара удержала его и рассказала свою историю. Разумеется, она умолчала о своем русалочьем кольце и о том, что хотела заклеймить Виолу позорным словом, а попалась на это сама.

Амара представила все так, будто злобные Грэм с Виолой превратили в старуху, выбили на лбу клеймо, да еще и продали в цирк уродов."

"Сначала Мэрдок слушал с тупым недоверием, но затем лицо его приняло более осмысленное выражение.

— Да уж, вам не позавидуешь, — сказал он, без всякого, впрочем, сочувствия.

— Они обошлись жестоко не только со мной, но и с тобой, когда с позором выгнали тебя из поместья. Мы просто обязаны им отомстить! — проскрипела Амара.

— Я был бы рад, если они заплатили по счетам! После того, как Фрейзер меня изгнал я не смог нигде найти работу. Пришлось вернуться в этот паршивый городишко, откуда я родом. Так и прозябаю теперь в этой дыре! — Мердок зло сплюнул. — Месть — это хорошо, да невозможно! Кто я против адмирала Фрейзера?

Что ж, Мердок всегда отличался некоторой туповатостью, но зато при упоминании о мести его глаза загорелись.

— Нужно ударить Фрейзера по самому больному. Я подскажу, что надо делать.