Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

Виолетта с ребенком на руках.

Просто сводит с ума.

— Так о чем ты хотела поговорить?

— Если честно, я хотела тебя кое о чем попросить. Очень важном для меня.

— Я сделаю все, что угодно.

— На твоем корабле служит один моряк, который жестоко обращается со своим сыном. У него новая жена и дети, а мальчик ему совсем не нужен. Добрые люди, которые живут в этом доме, хотели бы принять его и заботиться о нем, как о своем внуке, но отец чинит этому препятствия. Сейчас он забрал мальчика и вымогает у него деньги. Я была бы тебе очень благодарна, если ты… повлиял на этого человека. Я прошу не ради себя, ради Флико.

Какие же у нее были в этот момент глаза. Такие теплые, чудесные, сострадательные глаза.

У этой девушки поистине золотое сердце — она старается заботиться о всех, кто в этом нуждается.

Я смотрел на нее, и вся гадливость и омерзение, которые остались у меня после столкновения с Шорингом просто улетучились, как будто их развеял легкий и свежий морской бриз.

Спустя пять минут я знал об этой ситуации все, что нужно знать. Я поклялся ей, что решу этот вопрос, что мальчик, за которого она так переживает, вернётся в этот дом, а его отец не посмеет и слова поперек сказать.

— Спасибо, Грэм. Как я могу отплатить тебе?

Сколько же было в этом простом «спасибо»!

— Ты ничего мне не должна. Если мальчику действительно будет лучше в этой семье, то я считаю своим долгом помочь ему. А Стью получит свое за то, что так поступал с собственным сыном.

Виолетта еще раз меня поблагодарила — несколько нетерпеливо, как будто хотела, чтобы я поскорее ушел.

Я и сам понимал, что помешал ей, но не мог с собой справиться и просто бесстыдно тянул время перед тем, как откланяться, чтобы побыть с ней лишние минуты.

— Что-то не вижу здесь раковины. И не слышу, — проговорил. — Давно хотел спросить, как ты с ней справляешься?

Виолетта очень оживилась и радостно рассказала историю о том, что к ней заявился некий герцог Лебовский и купил эту раковину за весьма крупную сумму.

— Представляешь, оказывается, он эти раковины коллекционирует — такой чудик! — засмеялась девушка. — Я-то думала, что никогда от нее не избавлюсь!

Я не менее радостно выслушал ее рассказ, но не стал сообщать, что подробности мне известны.

Ведь я лично встретился с герцогом, который жил в отдаленной провинции и не интересовался ничем, кроме своей обожаемой коллекции, что он сможет приобрести Арсеньевскую Алимову раковину у моей жены.

На самом деле она столько не стоила, но после того, как сгорел ее ларек, Виолетте нужны были деньги. Напрямую их у меня она бы не взяла. Поэтому пришлось действовать окольными путями.

В итоге все остались довольны, но особенно, конечно, герцог. Он действительно был ещё тем чудиком.