Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

Наша незаметная борьба не останавливает Альберта. Наоборот, раззадорив сильнее, становится вызовом, который он принимает. Меняет тактику, покоряет более легкими поцелуями, щекочет пальцами шею, добираясь до подвески. Еще пара сантиметров вниз – и у меня сердце из груди выскочит. Прямо ему в раскрытую ладонь, что ложится на декольте.

Вспышки бьют по нам, расстреливая пучками света. Фотографы такими темпами всю пленку переведут! Не много ли внимания к какому-то непонятному мужчине «преклонных лет»? Кто он вообще такой?

Я ведь абсолютно ничего не знаю о так называемом муже. Кроме того что его зовут Альберт, он слишком стар для меня, но… умело целуется и пахнет мятой с цитрусами.

Мычу в требовательный рот, выдыхаю, теряя последние запасы кислорода. Мне срочно нужна новая порция воздуха, иначе погибну. Сердце слишком быстро и дико гоняет кровь по венам.

Задыхаюсь – и… распахиваю рот, как рыбка, выбросившаяся на берег. Но мне не дают умереть спокойно…

Муж пользуется моментом. Кажется, даже хмыкает при этом удовлетворенно. Не уверена, мне сложно анализировать, что с ним происходит.

Я всецело сосредоточена на себе и новых ощущениях.

Разум туманит терпкий вкус, который я чувствую на своих губах. Он стремительно проникает глубже, парализует все рецепторы. Отравляет.

И подчиняет.

Меня никто никогда так не целовал. Откровенно, с наслаждением, будто я десерт. Стремительно тающий в руках… первого встречного мужчины! У всех на виду, под прицелом фотокамер.

Сумасшествие. Позор.

С другой стороны, он же мой муж законный. После свадьбы можно…

Тело млеет и становится пластилиновым, руки ищут точку опоры и ложатся на крепкий пресс. Каждая мышца, как по команде, напрягается под моими ладонями. Твердеет, превращаясь в камень. Горячий, словно на солнце поджаренный.

В ушах шумит так, что я больше не слышу голосов и щелчков затвора. Вспышки лупят все реже, а потом и вовсе прекращают.

Если это был поцелуй напоказ, то почему Альберт не останавливается сейчас. И зачем я неумело отвечаю ему?

Вместо того чтобы оттолкнуть, я провожу руками вверх по торсу. Забираюсь под пиджак, потому что…

Вспоминаю, куда «муж» спрятал мой паспорт.

Это единственный шанс! Сейчас или никогда!

Сгорая от смущения, одной ладонью отвлекающе поглаживаю бурно вздымающуюся грудь, а второй – ныряю во внутренний карман.

Если Альберт почувствует… Заподозрит… Мне конец!

Но он слишком занят моими губами. Отбросив прелюдии, нападает так, что я с трудом сохраняю способность мыслить. Обнимает за талию – и рывком припечатывает к себе как раз в тот момент, как я вытаскиваю паспорт.

Рука, сжимающая ценный документ, оказывается зажата между нашими телами. И мои мысли полностью сосредоточены на ней.