Жена напоказ - 2

Она наконец заметила его и слегка вздрогнула от неожиданности. По её губам скользнула растерянная улыбка.

— Ты опять задержался за делами? Знаешь, я скоро совсем забуду, как ты выглядишь, — проговорила она с игривым упрёком.

Не поторопилась прикрыться, хоть лёгкий халат висел рядом, на спинке кресла. Она взмахом руки поправила волосы и встала. Ренельд скользнул взглядом вдоль её спины — ниже, пока храня молчание, борясь с ощущением пугающей реальности происходящего, но ещё помня, что это всё иллюзия.

Что может быть реальнее переживаний или страхов человека? Реальнее его желаний…

А Ренельд ощущал его сейчас так сильно, словно всё сокрытое внутри вдруг оголилось — и кто-то провёл по самым тонким струнам чувств мягким пером.

Мариэтта повернулась лицом — и опустила ладони на его грудь. Влетевший в окно ветер несмело тронул каштановые локоны, что спускались на её плечи. Она ещё мгновение сомневалась, борясь с чем-то внутри себя так явственно, что мягкие потоки её взбудораженной ауры касались Ренельда тоже.

— Ты такая красивая, — проговорил он наконец, поборов вставшую в горле песочную сухость.

Обнял тонкую талию жены, спустился ниже, ощущая каждый волнующий изгиб её тела. Мариэтта вскинула на него медовый взгляд и потянулась к губам. Ещё миг — и прижалась к ним своими. Неторопливые ласки её лёгких, нежных рук стали настойчивее и смелее. Словно на проверяла устойчивость барьеров, которые он вынужден был в себе выстроить. В которых должен был жить, пока не найдёт выход.

Осознание иллюзии стиралось с каждым мигом, уступая остроте ощущений: дыхания, прикосновений к тёплой коже жены — кончиками пальцев, губами и языком. В какой-то миг Ренельд забыл, как оказался здесь и зачем. Почему всё это вокруг настолько безупречно располагает к тому, чтобы стать с Мари гораздо ближе, чем раньше. Одежды между ними становилось всё меньше. Оглушительное напряжение только росло, поглощая в своей тугой глухоте любую неправильную, неуместную мысль.

Короткий рваный вдох между поцелуями — Ренельд рывком поднял жену над полом и понёс в постель. Этому уже невозможно было сопротивляться. Он ведь не каменный, и всё, что происходит между ними, доводит его до изнеможения — стоит только подумать. Стоит только прикоснуться лишний раз. И где уж устоять против такого пылкого нападения!

Но кожа Мариэтты становилась всё горячее, пока этот жар не начал колоть, словно десятки раскалённых игл разом. Уже понимая, что так не должно быть, Ренельд не мог заставить себя остановиться — словно угодил в мягкую смолу и с каждым движением только погружался глубже.

Разум, потонув в вязкой массе желания, отказывался просыпаться. Его одолевало лишь одно стремление — дойти до конца, до пика — вместе с Мари.