Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)

Жесты красивых рук исполнены величия…

«Так, спокойно! — мысленно скомандовала я себе. — Это что за поведение школьницы на дискотеке?! Ну-ка, оттянула себя за уши от этого красавца и уткнулась носом в бинты! И цыц мне тут! И не смотреть! И не думать! И в сторону его не дышать!»

— Ну, беги, Карл, к гостям, — сказала я глазеющему на эльфа мальчишке. — Я тут сама справлюсь и тоже скоро спущусь.

Рану эльфу я аккуратно промокнула полотенцем, смоченным в теплой воде. Оттерла от потеков крови светлую гладкую кожу. И стало видно, что рана действительно не опасна. Вепрь разорвал лишь кожу, не затронув мышцы; но зато очень сильно.

И рана по края воспалилась, оттого что открыта и туда попадает все подряд, от ткани одежды до пыли."

"— Это лучше бы зашить, — сказала я нерешительно, осматривая ранение. — Шелковыми нитями. Быстрее заживет.

— Обойдусь, — ответил эльф.

— Нет, — ответила я. — Хотите, чтоб загноилось? Выболело до некрасивого шрама?

Некрасивый шрам эльфу не понравился. Он поморщился. Ой, пижон!

Впрочем, сели он высший эльф — кстати, что это значит? — то, наверное, любая некрасивость воспринимается им как изъян.

— Ниток нет, — попытался он наивно выкрутиться.

— Вранье! — твердо ответила я. — Куртку же вы как-то заштопали! Притом вон какой шов ровный и тесный. Ниток вы не жалели. Так что выкладывайте!

Эльф был сильно усталым, чтоб со мной спорить. Только глянул на меня, приставалу, и тяжко вздохнул.

— В сумке, — ответил он глухо.

— Отлично! Карл, а где наш самогон?

— Это еще зачем? — удивился эльф. — Не буду я пить вашего самогона!

— Это снаружи помазать, а не внутрь, — сурово отрезала я. — А внутрь, чтобы не так больно было, можно влить по стопочке коньяка.

— Вот это вино называется… коньяка? — эльф указал на королевскую бутылку.

— Да, коньяк, — машинально поправила я его, отыскивая в его походной сумке нитки. Там же нашлись и бинты, разорванный на ленты сухой и чистый холст. — Заплачено — пейте! По глоточку на каждый шов. К концу процедуры вы и чувствовать ничего не будете…

— Выпив, я становлюсь невыносимо болтливым, — предупредил эльф. Но коньяка в бокал все же плеснул, с удовольствием принюхался. И выпил — но не как в прошлый раз, а с небольшой опаской, помедленнее. — Да, и на вкус это неплохо.

— Еще б, — согласилась я.

Иголка у эльфа была толстовата, но зато с длинным ушком. Я продела в него нитку без труда и окунула в любезно предоставленный Калом самогон.

Затем смочила полотенце в водке и осторожно прикоснулась к разорванной коже.

Эльф дернулся и зашипел.

— Еще, еще глоточек, — скомандовала я, осторожно протирая кожу вокруг раны.

— Хочешь вслух рассказов длинных? — спросил эльф, браво заглотив остатки коньяка из бокала, и я чуть не подавилась хохотом.

Но он уже не так дергался.